Случайные эпитафии - Страница 52

Замерзают в улыбке губы,
Видишь, до смерти извелась.

Вы — в этом времени, мы — далее.
Мы растворились в мироздании.

Спи спокойно, дорогой сын.

А ты пылал и согревал собою
Чужие жизни, впавшие во тьму…
Пишу об этом с запоздалой болью,
Сложив цветы к портрету твоему.

Вижу смутную землю — обитель скорбей,
Вижу смертных, спешащих к могиле своей,
Вижу славных царей, луноликих красавиц,
Отблиставших и ставших добычей червей.

Потом главой припал он к изголовью:
Последняя свершалася борьба,
И сам Спаситель отпустил с любовью
Послушного и верного раба.

Труп над вырытой могилой
Плачем огласим!
Всё, что было другу мило,
Мы положим с ним…

Там, где мой дом – свет потух

К твоей безвременной могиле, наша тропа не зарастет.
Родной твой образ, образ милый, всегда сюда нас приведет.

Моя душа была на лезвии ножа.

Песнь соловьиная, песня победная
Меня не обвеет небесной тоской.
Я «мертвая роза», бесстрастная, бледная,
И мил мне, и дорог мне гордый покой.

И пусть мне вечер зажигает свечи,
И образ твой окутывает дым.
Но не хочу я знать, что время лечит,
Что все проходит вместе с ним.

Солнце чертит круг и снова за спиною как часовой,
Чуть короче жизнь и чуть длиннее тень.

В развалинах этого, некогда величественного храма, носился, жил и действовал животворящий Дух Божий. (1 Кор. 6,1519)

Спи, мертвый, с богом!
Тревожить не хочу тебя
Ни в помыслах, ни в слове строгом

А я и не успел оглянуться,
Как стал седым.
За моей спиной метели
Хороводят дни в век.
Все, что я искал еле-еле
Легло, как снег.

Глуше напев похорон.
Пули и плачут, и косят.
Новые тучи кровавых знамен —
Там, в отдаленье — проносят.

Взойди
Над прахом ветхих знамён!
Взойди
Мечом похорон!

Достигая совершенства в короткое время, он исполнил долгие лета!

И того, кто умён, и того, кто красив,
Небо в землю упрячет, под корень скосив.
Горе нам! Мы истлеем без пользы, без цели.
Станем бывшими мы, бытия невкусив.

Настало время сердцу быть в покое,
Взяла земля свое земное.
Но как же трудно нам тебя терять,
Смириться с горем, жить опять.

Пуля ставит точку —
Знак прощенья и любви,
Новый мир останется твоим!

До того, как мы чашу судьбы изопьем,
Выпьем, милая, чашу иную вдвоем.
Может статься, что сделать глотка перед смертью
Не позволит нам небо в безумье своем.

Мы без тебя, но всегда с тобой…

Холодно… пусто… выбор был жуткий…
Не видно итога пути. (скончанья, края пути)
Как же решился, ты — добрый и чуткий,
Так беспощадно уйти!

И зло, и благо, — тайна гроба.
И тайна жизни — два пути —
Ведут к единой цели оба.
И все равно, куда идти.

И вот опять все потемнело,
Все стихло в чуткой темноте —
Как бы таинственное дело
Решалось там — на высоте.

Какая сила не знаю против воли влечёт меня к краю,
И кажется ближе, ты всё ближе,
И между нами лишь шаг с крыши.

Жизнь была прекрасна!

Смерть самых лучших намечает
И дергает по одному.

Гряди Господи Иисусе!

Блаженный, вечный дух унес твое мученье!
Блажен утративший создание любви!

У каждого Начала будет свой конец.
До встречи там, где все пойдет с Начала

Жизнь на земле быстротечна.
Тесен и краток назначенный круг.
Но память о нем глубока и вечна —
Родной и любимый отец, муж и друг.

Пока война у нас не под запретом,
Таков порядок будет в мире этом…

В маленький мой мир пришел покой
И тишина.
Все испепеляющей тоской
Я не больна.

«Благослови на войну,
Дом сохрани и спаси.» —
Так собирались в поход
Ратные люди Руси.

А в небе сила — любовь!
Божья воля — закон!
Смертью смерти поправ
Дышит вечность с икон.
Да святится Имя твое
На все просторы Руси!

Земной путь пройден,
ты спокоен/спокойна.

Жизнь — такая пустая и глупая шутка…

Мир светлый праху твоему!

Ты был для нас пример для подражания,
Мы и сейчас живем, сверяясь по тебе.
К тебе, отец, приходим на свиданье
Советоваться в счастье и беде.

Надо собрать Волю в кулак,
К свету лицом встав, сделать шаг.

Но уходящая вдаль поволока
Их разлучила, так было бы проще.
И развела в разные стороны,
Чтобы свести чуточку позже.

Наш бренный мир задуман Им,
Как царство света и покоя.
Наш мир и должен быть таким,
Но где вы видели такое?

Помнишь, как матери вас провожали,
Как голосили: «Сыночек, вернись!».
Я знаю, ты сам рвался в пекло,
Я верю тебе, ты шёл до конца.

…Красный цветок исторгает из себя
Ядовитые брызги безудержных чувств.
Страсть, тихая огненная страсть,
Как жгучая лава, как раскалённая стрела…

А ведь смерть добра!

Человеку с доброй душой и чистым сердцем

Рвётся тонкая нить между миром и мною.