Эпитафии ребенку, надписи на памятник ребенку

Увенчавши свое чело неподвижной звездою,
Не узнает ни отца, ни безутешную мать.

Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.

И стар, и мал
Не могут слез сдержать своих.

Разве мы могли подумать, что в этот день
Ты шагнешь из детства в вечность…

Незыблем сей порядок.
Извечен ход времен.
Да будет тих и сладок
Твой безмятежный сон!

Вечные сумерки здесь,
Нет ни людей, ни богов
Там ветра нет, там странный замок стоит
На краю времени!

От прошлых дней — лишь звон капели…

Суть жизни — самого себя найти!

И пусть у гробового входа
Младая будет жизнь играть,
И равнодушная природа
Красою вечною сиять.

Как лилия, невинна и чиста —
Она звалась Невестою Христовой.
И встречи с ним ждала для жизни новой…

Это будет почти реально,
Это будет совсем как наяву.
Ты почувствуешь, как исчезает страх,
подчиняясь внезапному волшебству…

Куда ланит девались розы,
Улыбка уст и блеск очей?
Все опалили, выжгли слезы
Горючей влагою своей.

Я её отыщу, несмотря ни на что.
Может, я буду стар, но ещё время есть —
Знаю я, ты ждёшь меня всегда!

Я в смиреньи тебя отпускаю…
По живому разорвана нить!
Скорбно, горько, печально, но знаю:
Ничего тут нельзя изменить.

Работал Господу со всяким смиренномудрием и многими слезами!

В вечности увенчанная она торжествует, как одержавшая победу непорочными подвигами!

Человек, рожденный женою, краткодневен и пресыщен печалями!

Лишь для одной ослепительной вспышки,
Лишь ради нескольких звёздных мгновений
Мы будем плыть друг другу на встречу
Сквозь бесконечность и океаны забвения.

Все двери будут настежь вам всегда,
Но не грустно эдак слыть мне нищу…
Я войду в одне, а вы — в тыщу.

Кто умер здесь? какой потери
Печаль встревожила сердца?

Если сердце болит от тоски,
Если слёз переплакано море,
Разве можно в четыре строки
Передать боль утраты и горе.

До рождения ты не нуждался ни в чем,
А, родившись, нуждаться во всем обречен.
Только сбросивши гнет ненасытного тела,
Снова станешь свободным, как Бог, богачом.

Прожив жизнь достойно, покойся с миром!

Здесь терпение и вера святых!

Мы даже в смерти ищем смысла,
Хотя его и в жизни нет!

Как вкус у смерти безупречен
В отборе лучших среди нас…

Казалось, вот-вот полетишь
Лишь крылья оперил,
Но крылья сломались
И нам не оплакать потери…

Полусвет, полумрак —
Тайна перехода от росы до огня.
Сквозь туман тянется к небу земля,
Клином птиц в дорогу кличет меня.

Все живое исчезает, как и я…

На моём горизонте снег,
Белый до боли в глазах,
Белый ветер, белой земли
Мёртвая полоса.

Ты меня научил
Не бояться страданий,
Уходить, не дождавшись
Аплодисментов.

Дороги строим мы, но вот беда.
Дороги все приводят нас сюда…

Мир померк, потускнел без тебя.
Нет теперь маяка/маяка вдали.
Ты прости, наш сынок дорогой,
Что тебя не смогли мы спасти.

И пусть мне вечер зажигает свечи,
И образ твой окутывает дым.
Но не хочу я знать, что время лечит,
Что все проходит вместе с ним.

В этой реке слишком много слез,
но их поглотит Океан…

Оборвана цепь жизни молодой,
Окончен путь, бил час, пора домой,
Пора туда, где будущего нет,
Ни прошлого, ни вечности, ни лет.

Ты лучик света в темном царстве!
Сгорая сама, светила другим.

Родившись смертным, оставил по себе бессмертную память

Бог создал звезды, голубую даль,
Но превзошел себя, создав печаль о близких.

В каждом стебле
Земли
Слышу шорохи лет…

О Небо, если бы хоть раз
Сей пламень развился по воле —
И, не томясь, не мучась доле,
Я просиял бы — и погас!

Полуразрушенный, полужилец могилы,
О таинствах любви зачем ты нам поешь?
Зачем, куда тебя домчать не могут силы,
Как дерзкий юноша, один ты нас зовешь?

Любовь и смирение — вот смысл Бытия!

Дым — судьбы сложных,
Скомканных душ.

Но вдруг последняя сила
В синих глазах ожила:
«Хорошо, что ты отпустила,
Как всегда ты доброй была».

Был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен, и удалялся от зла!

Живая жизнь давно уж позади,
Дни сочтены, утрат не перечесть.
Молю: прости, господь, и пощади!
В смирении надеясь на благую весть.

Душу исцелило бы,
Заглушило б крик,
Солнце наше милое,
Покажись на миг…

Время потерь вьется печаль храня,
В книге смертей будет глава моя.

Он душой чистый как кристалл.