Эпитафии любимым, надписи на памятник любимым

Не покидай меня!
Мне бесконечно жутко,
Мне так мучительно,
Так страшно без тебя!

Пришло/Настало время отпустить друг друга!

Да будет память их во благословениях, да процветут кости их от места своего!

За краткий миг судьбы ты/(он) прожил целый век…

Неразлучны вечно

Лежать и мне в земле сырой!
Напев унывный надо мной
В долине ветер разнесет…

Прости, что мне под небом звездным,
К твоей плите носить цветы.
Прости, что мне остался воздух,
Каким не надышался ты…

Тебя я любил, мне тебя не забыть,
Тебя я и в вечности буду любить.

Мгновенье длился этот миг,
Но он и вечность бы затмил

Только смерть превращает жизнь в судьбу.

То ли ты делаешь?

Здесь та любовь, что правду подарила,
Здесь та печаль, что мудрость принесла.

Слово для сердца надежней, чем небо для глаз —
Импульс начала и светоч предтечи конца.
Слово заблудшие души спасало не раз,
Слово разило неверных вернее свинца.

Здесь поют соловьи панихиды хрустальные,
Тут в пасхальную ночь у берез
Под церковного звона аккорды финальные
Тихо сходит к усопшим Христос.

Что было ангельским, то к ангелам ушло:
Началом стало то, что ты назвал началом.

Там, высоко, среди звезд в безграничном просторе,
Над облаками, над ливнями и снегопадами
Две отдаленные тайные обсерватории
И между ними незримая хрупкая радуга…

Побеждающий не потерпит вреда от второй смерти. (2,11)

Не бойся, милый, это всего лишь чувство,
Не управляема сила восторга и грусти,
И ощущения сладостно невыносимы,
Так всегда происходит с теми, кто любит сильно.

Радость вечная будет нам головою его! (XXXV.10).

Не разъединишь
две золотые нити.
Не прервешь невидимого танца.
Не удержишь волну.
Замер целый мир,
затаив дыхание,
на кончиках твоих пальцев…
И я не смею вздохнуть.

Мы очень тебя любим, наша доченька.
Ну почему тебя так рано скрыла ноченька

Нет горя большего на белом свете,
Чем жизнь твоя, угасшая в рассвете…

Я уповаю на милость Божию во веки веков! (LI.10).

И смерть и жизнь — родные бездны;
Они подобны и равны,
Друг другу чужды и любезны,
Одна в другой отражены.

Не рисуйте надгробий и плит над могилкой моей,
Не любил и при жизни когда что-то давит на грудь.
Пусть растёт там трава и на ветке поёт соловей,
Чтобы путник уставший мог сесть и чуть-чуть отдохнуть.

Мы уходим из этого мира, не зная
и начала, ни смысла его, ни конца.

Стихнет шепот песочных часов,
Выскользнут в море алмазные четки.
Ты — мой самый несбыточный сон:
Самый сладкий и самый короткий.

Тело мертво для греха, но дух жив для праведности!

Загадочен сумрак и свят на обрыве над морем в траве и цветах.
Два человека лежат, а звёзды плывут в их закрытых глазах.
Они слушают, как шепчут волны, туман на траве оставляет следы.
Скоро птицы ночные умолкнут, и солнце взойдёт из воды.

Праведные дела не забываются!

Нет боли, страха и смятенья
На милом личике твоём —
Улыбка робкая на нём
И кроткое недоуменье. Как непривычно ты молчишь…
Дыханье смерти не коснулось
Тебя — и ты не ужаснулась,
Ты словно прилегла и спишь.Спи, ……………!

Надеется душа моя; на слово Его уповаю! (CXXIX.5).

Смерть разрушает тело, но спасает душу

Закрываю уста и затворяю врата чувств мирской жизни благостно и смиренно, ибо верую свято и истово!

Моя любовь ещё очень крепка —
Может выдохом мир раскачать.

Из душного тёплого места
Тянут за ноги и руки
Те, кто из того же теста,
Родные, друзья, подруги.

Здесь я вижу смерть,
Вижу свет, как видят след.
Как свет звезды, как свет любви,
Которой нет…

Не умоляй меня сделать всё так, как было,
Это не я в твоё сердце булавку вонзила,
Не понимаю зачем снова делаю больно,
Нежность моя и жестокость совсем бесконтрольны.

Взять бы сердце в руки и до боли сжать,
Нет сильнее горя, чем родных терять.

Добро и знания, посеянные тобой,
Взросли в душах твоих последователей.

По мне ударяют железным прутом,
Но я камень — холодный и твёрдый гранит,
Я падаю, не разбиваясь потом,
Мне не больно — я делаю вид.

Душа его/ее возвысилась до неба

Помоги и спаси, сбереги и укрой,
Мягким снегом меня занеси, погляди на меня,
Вот я весь (вся) пред тобой, о, Господь, подари мне покой.

Воздал мне Господь по правде моей, по чистоте моей пред очами Его! (2 кн. XXII.25).

Смерть не дала мне, погребя во мгле
Ту красоту, что здесь была моею,
Вернуть ее всем тем, кто скуден ею,
Чтоб прежним мне воскреснуть на земле.

Он тот, кто много лет свой дух терзал
Обретший смерть, он в ней бессмертье отыскал!
Будь милосерднее, хвала; за славу он прощен
К Христу он веру обращал — и ты живи как он!

Как сладостна была с тобой земля!

Здесь я всё отдал/(а)

Дни мои бегут скорее челнока, и кончаются без надежды (VII.6). Помяни меня, Господи, во царствии Твоем!

Опередил/(а) свое время на целую жизнь!