Красивые эпитафии, красивые надписи на памятник

Любовь и смирение — вот смысл Бытия!

Край, где я скроюсь, отсюда невиден.

Пусть любовь-убийца — сердце не боится,
Если ждет любви оно все равно.
От нее не скрыться, что должно случиться,
То случится все равно,
Раз оно суждено…

На братских могилах не ставят крестов,
Но разве от этого легче?

Ваш мир – он мой!
Ключ от него у меня под рукой!

Готов я душу продать,
Остаться тенью немой,
Всё, что имею, отдать,
Но лишь быть снова с тобой!

В ночной тишине я слышу рыданья –
Стон души о разбитой судьбе…

Ни тоски, ни любви, ни обиды.
Все померкло, прошло, отошло…

Смерть не властна над тобой,
Пока на свете есть любовь!

Кровью запекаемся на золоте,
Ищем у воды прощенья небес.

И смерть к тебе руки простерла…
Скажи, что было потом?
Я не знала, как хрупко горло
Под синим воротником.

Спи — твой отдых никто не прервет.

С любой дороги повернешь обратно,
И лишь дорога жизни безвозвратна.

Что б я смог осилить страх,
Что б смог песней выткать грусть
Вечной памяти в сердцах
И, быть может, я вернусь.

Смерть кажется и нежной и смягченной,
Сокрывшей от людей весь ужас свой,
И верю я, как мальчик, увлеченный
Игрою средь могил, что их покой
О тайне величавой нам не скажет,
Что лучшие из снов у ней на страже.

Спасти тебя мы не смогли,
Оставив все, ушел ты в вечность.
Безмерна скорбь, болят сердца
Печали нашей нет конца.

Точно жизнь мою убили.
Из последних жил
В сиром муроке в две жилы
Истекает жизнь.

Раскаяние всегда запаздывает…

Из жизни ушёл ты внезапно,
Оставив нам боль навсегда.
Помним, скорбим, любим,
С нами ты будешь всегда.

Ты — вот, ты — юн, ты — молод,
Ты — муж… Тебя уж нет:
Ты — был: и канул в холод,
В немую бездну лет.

Я шел против ветра, я шел напролом
В мир нездешних и вольных людей.

Не нужны надписи для камня моего,
Скажите просто здесь: он был и нет его!

Не плачь о неземной отчизне,
И помни, — более того,
Что есть в твоей мгновенной жизни,
Не будет в смерти ничего.

Ревность по доме Твоем снедает меня! (LXVIII.10).

Новую жизнь он найдет в Новом Дне!

Ангел смерти,
Божественно мягок и прекрасен!
По направлению к небесам
Несешь ты наши души.
Путь был далек…
Укрой нас своими крыльями
И дай нам покойно отдохнуть!

Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.

Я познание сделал своим ремеслом,
Я знаком с высшей правдой и низменным злом.
Все тугие узлы я распутал на свете,
Кроме смерти, завязанной мертвым узлом…

Мы очень тебя любим, наша доченька.
Ну почему тебя так рано скрыла ноченька

Я прокляну ее за всё, что в мире видел,
За всё, что в жизни презирал,
За всё, что я любил, за всё, что ненавидел,
Что с тайным страхом проклинал.

Оплакивали его/(ее) во всех домах!

Моя душа была на лезвии ножа.

По мне ударяют железным прутом,
Но я камень — холодный и твёрдый гранит,
Я падаю, не разбиваясь потом,
Мне не больно — я делаю вид.

И душа рванулась ввысь, злость и гнев отринув
К вечным солнечным морям, лунным берегам…

С глазами, красными от слез,
Бледна, исполнена печали,
Склонилась мать над ним. Вопрос
Уста дрожащие шептали…

Ваши руки усталости не знали.
Ваши уста никогда не унывали.
Вы шли по жизни, труд любя.
Пусть будет пухом вам земля.

Не прячься от счастья — ведь жизнь коротка!

Я шёл прямо к цели, а воздух горел,
И капала с неба сталь.
Враги посылали мне тысячи стрел,
Но я нажимал на педаль.

Кто же вздохнул у могилы,
Чья облегчается грудь?
Скорбную душу помилуй,
Господи! Дай отдохнуть.

Как странно всё перемешалось,
В распутье промелькнувших лет.
Движенье круга завершалось.
Лишь неизменен чёрный свет.

Лежат в руинах пирамиды,
Уходит под воду Атлантида.
И ты говоришь, но я ничего не слышу.

От муки любви и разлуки
Упасла гробовая доска.

Вестник утраты —
Пульс тишины
Станет бессонницей душ
В час полной луны.

Я пробовал жить
Так, как все живут,
Не скрою,
Порой мне было очень хорошо,
Но я ни на миг
Не мог забыть о вас.

Я предпочёл бы уйти, но я гость.

Ох, тропинки-лесенки
Прямо по земле в небеса,
Как найти, увидеть,
Да не проглядеть, не потерять.
А у неба радости —
Только солнцу глянешь утром в глаза,
Отвернешь, укроешься,
Да слезою вспыхнешь опять.

Я все время плыл по теченью дней,
Были сном мечты.

В память о вчерашнем падают на дно
две серебряных монеты.

Смотри, как ветви и тени деревьев
ложатся на травы,
Как кружит души над куполами
звон Благовеста,
Как поминают вином и хлебом,
как провожают
Лето…

Ты мой крест, ты мой свет — Вера!
Да, я в молитвах живу,
Славя имя Христа, но безумно устал.