Случайные эпитафии - Страница 53

Господь Бог да учинит душу его, идьже праведнии упокоеваются!

Человек стремится в простоту
Через высоту.
Главные его учителя —
Небо и Земля.

Отлетает душа-печаль
Птицей серою в дым небес.

Ведь подо мной открылась бездна.
Такие тайные загадки,
Что мне уже почти не страшно
Сорваться в пропасть без оглядки.

Ты у могилы альтруиста

Все поезда куда-то отбывают…
И я смирилась с тем, что происходит.
Смотрю в твои глаза, не отрываясь,
И чувствую, как всё уходит…

Рождение – не начало, смерть – не конец!

Ты поклонись ему — он человеком был!

Большего мы не могли потерять,
Наша скорбь не имеет границы.
Горе не высказать, не описать,
Очень мало гранитной страницы

Звездочка ты наша ясная,
Как ты от нас далека…

Когда уходит близкий человек,
В душе остается пустота,
Которую ничем не залечить.

Я буду в смертный час не одинок.

Мы наконец коснемся солнца,
Не обжигая рук своих.

И в мир неизведанный, новый
Осторожно сделаешь шаг,
Закрывая глаза от страха,
Трепеща и не зная, как.

Все в мире есть, тебя лишь только нет.

Беспредельным далям преданный,
Там, где меркнет свет и шум,
Я покину круг изведанный
Повторенных слов и дум.

Оценка: + -31 - № 3805 - Страница 53

Этот дождь за доской надоел давным-давно,
И увидеть блики солнца мне не суждено.

Я в смиреньи тебя отпускаю…
По живому разорвана нить!
Скорбно, горько, печально, но знаю:
Ничего тут нельзя изменить.

Не нужны надписи для камня моего,
Скажите просто здесь: он был и нет его!

Братия, молитесь за нас!

Ты в нашей памяти остался
И швец, и жнец, и на дуде игрец.
Достойно жил, но жизнь угасла.
Покойся с миром, наш отец!

Так тяжело, так горько мне и больно…
Так много мук в душе затаено,
Что мне сказать уж хочется давно
Всему, что жизнью мы зовем: «Довольно!»

Вернуть Природе все, что власть ее соткала,
Все то, что некогда горело жаждой жить!

Сомкнулись волны над тобой,
Тебя пучина поглотила,
И навсегда вода сокрыла
От нас печальный облик твой.
Твой голос уж не зазвучит
И песней дивной не зальётся,
От радости не засмеётся,
Рассерженно не закричит.
Ты ещё девочкой была,
Такой наивной и забавной,
Такой загадочной и странной…
Ты в розовых мечтах жила.
Но что врагу твои мечтанья?
Не дрогнула его рука.
…Была расправа коротка,
Но нелегки твои страданья.
Нет боли, страха и смятенья
На милом личике твоём —
Улыбка робкая на нём
И кроткое недоуменье. Как непривычно ты молчишь…
Дыханье смерти не коснулось
Тебя — и ты не ужаснулась,
Ты словно прилегла и спишь.Спи, ……………!
Пусть сон сладкий твой
Вовек никто не потревожит;
Нарушить уж ничто не сможет
Забвенья вечного покой.
И может быть, в счастливых грёзах
Свою любовь увидишь ты,
Свои наивные мечты
И те, что ты растила, розы…_ _ _

В вечной памяти будеть праведник;
Не убоится худой молвы!

Милость Твоя и истина Твоя, Господи, да охраняют меня непрестанно! (XXXIX.12).

Он утешал сетующих!

Сердце все не верит в горькую утрату,
Будто ты не умер(ла), а ушел (ла) куда-то.

И издав дикий крик, камнем брошусь вниз
Это моей жизни заключительный каприз…

И никто почему-то не понял меня,
И не видел меня, и не слышал меня,

Гляжу назад — прошедшее ужасно,
Гляжу вперед — там нет души родной!

«Как там в мире ином» — я спросил старика,
Утешаясь вином в уголке погребка.
«Пей! — ответил, — Дорога туда далека,
Из ушедших никто не вернулся пока».

Не бойся: я — простая кость;
Не думай о душе угасшей.
Живых голов ни дурь, ни злость
Не изойдут из этой чаши.

Ой, беда приключилася страшная!
Мы такой не знавали вовек:
Как у нас — голова бесшабашная —
Застрелился чужой человек!

Твой милый образ незабвенный —
Пред нами он везде всегда.
Непостижимый, неизменный
Как ночью на небе звезда…

Ушел от нас в далекий путь родной наш человек. Здесь был ты гостем, как и мы, теперь ты дома навсегда.

Уже не зреть мне светлых дней
Весны обманчивой моей!

Время силы крадет,
Давит груз прожитых лет.
Зная, что его ждет,
Феникс стремится к земле.

Други! Сообщники! Вы, чьи наущенья — жгучи!
Вы, сопреступники! — Вы, нежные учителя!
Юноши, девы, деревья, созвездия, тучи, —
Богу на Страшном суде вместе ответим, Земля!

Вот тот мир, где жили мы с тобою,
Ангел мой, ты видишь ли меня?

Как рано ты ушла,
Как горе бесконечно,
И в наших лишь сердцах
Останешься навечно.

Когда увижу я нежданно погребенье
И мыслю, что собрат, земной покинув пир,
От жизненных трудов найдя успокоенье,
Сокрылся навсегда в неведомый нам мир,
Тогда опустятся невольно руки долу,
И дух мятежный мой смирится и молчит,
И скорбная душа к отца небес престолу,
Безмолвствуя, в мольбе, но с трепетом летит

Я знаю массу всяких «но»,
Советов, доводов, причин.
Мой поезд едет не туда,
Я вместе с ним.

Перед скорбью бессильны слова,
Тот не умер, о ком память жива…

Из плакун-травы вырезали кресты,
Вместо крох земли к сердцу клали асфальт.
По большой воде возвращались с войны,
Да по скорбным дням поминали солдат.

Свет твоей душе, память твоему имени.

В тюрьме жила душа моя,
И лишь со смертью обрела свободу.

Господь — твердыня моя и крепость моя и избавитель мой!

Но есть еще надежда мне —
Мне скоро в бой идти,
И я забудусь в вечном сне,
Мой милый друг, прости.

Все отболит…