Лучшие эпитафии - Страница 33

Тех, кто принял бой,
Смертью не унять!

Стали вдруг одним цветком
Две души — Иван да Марья.

Окончен мой путь –
Я устал,
Пора отдохнуть
Среди скал,
Покрытые льдом,
Словно сердце моё!

Люди, добрые люди,
Пусть наш мир добром, добром прибудет!

Ты слишком долго спал.
Ты уже не попал.
Кто-то ответил,
А ты промолчал.
Путь был короче,
Ты сделал длинней его сам.

И издав дикий крик, камнем брошусь вниз
Это моей жизни заключительный каприз…

Я убит, но возмездие спешит.

Я все время плыл по теченью дней,
Были сном мечты.

Жажда жить сушит сердца до дна…

Непредсказуемы пересеченья
И разветвления наших дорог.
Мы расстаёмся на несколько жизней,
Чтобы однажды столкнуться в холодном метро.

Кто заставил тебя верить
Этой быстрой воде?
Оставляя свой берег,
Плыть навстречу беде?

Вся земля да поклонится тебе и поет Тебе; да поет имени Твоему, Всевышний! (LXV.4).

Любовь к тебе сильнее смерти

И, если вновь больное сердце ноет,
Заставь его забыть/(застыть) и замолчать!

Минуло время, пора цветения прошла.
И как роса, что умывает даром
Цветок, почти убитый жаром дня
Я слезы лью – я так борюсь с пожаром,
В могилу увлекающим меня.
Здесь счастлив был я под зеленой сенью
С тобою, драгоценный мой цветок.
Пришла пора жестокому мученью,
Я гибну, ибо стал я одинок.

Прошлое забыть невозможно!

Ты — солнца светлый лик, звезда очей златая,
Ты — страсть моей души, ты — чистый ангел мой!

Там, где жила мечта,
Умирают в слезах цветы.
Жизнь без тебя пуста, —
Увы, не вернешься ты!

Невидимой цепью
Жизнь связана тесно
С таинственной смертью.

Прошлое сокрыто вечным молчанием

И я писал стихи всю ночь напролет,
Зная наперед, что их никто не прочтет,
Зачем я ждал рассвета? Рассвет не придет,
Да и кому он нужен?..

Разлука была недолгой

Мы знаем: Смерть не слышит нас,
Не видит наших потрясений.
Но разве это в грустный час
Удержит нас от слез и пеней?
Ты говоришь: забудь! Но сам
Ты бледен, ты готов к слезам.

Не смотрю я на пройденный путь,
На безумье растраченных лет;
Я могу беззаботно уснуть,
Если гимн мой последний допет.

Песнь соловьиная, песня победная
Меня не обвеет небесной тоской.
Я «мертвая роза», бесстрастная, бледная,
И мил мне, и дорог мне гордый покой.

Нынешние временные страдания ничего не стоять в сравнении с тою славою, которая откроется в нас!

И боль пpошла, и yмеp стpах в дyше…

Могилы и кресты хранят лишь прах.
Теперь ты – мысль/(дух), ты вечен.

Господи, мы уповали на Тебя; к имени Твоему и к воспоминанию о Тебе стремилась душа наша! (XXVI.8).

Совершенствовал жизнь…

Похоронят, зароют глубоко,
Бедный холмик травой порастет,
И услышим: далёко, высоко
На земле где-то дождик идет.

Он до цели уж добрался,
По своей прошел стезе.
Он дотронулся до солнца,
Сокрушил преграды все.

Он получит плод при воздаянии святых душ! (III.13).

В вечности увенчанная она торжествует, как одержавшая победу непорочными подвигами!

О Господи, как я устал(а)…
Прошу, возьми меня обратно!

Жизнь обитает где-то между вопросами и ответами. В молчании её нет.

Ты ушла от милого порога
В дальний путь, неведомый живым,
Лишь тот, кого обожествляют боги,
Уходит в вечность вечно молодым.

Как безжалостна жизнь была к тебе.
Так пусть милосердны будут небеса!

Коротка и прискорбна наша жизнь, и нету человеку спасения от смерти! (II.1).

Вот бедная чья-то могила
Цветами, травой зарастает;
Под розами даже не видно,
Чье имя плита возглашает…
О, бедный! И в сердце у милой
О жизни мечты золотые
Не так же ль, как розы, закрыли
Когда-то черты дорогие?

Возьми меня с собой, пурпурная река,
Прочь унеси меня с собой, закат.
Тоска о том, что было, рвётся через край,
Под крики серых птичьих стай.

Образец стойкости/(мужества, твердости духа) перед лицом неизбежности.

Господи! Ты даруешь нам мир; ибо и все дела наши Ты устареваешь для нас!

Я тяжкой доли не пугаюсь
С тех пор, как обрели покой
Все те, чье сердце, надрываясь,
Делило б горести со мной.

Умрёт властелин вселенной, — что выживет он, не верь.
И царство его погибнет. Во власть и закон не верь.
Всё в мире непостоянно. Истлеет и тяжкая дверь…

…Голос слышен, вопль и горькое рыдание… плачет о детях своих и не хочет утешиться, …ибо их нет! (XXXI.15).

Дай вам Бог стойкости и мужества!

или

Дай вам Бог единства, стойкости и добродетели!

Он окончил жизнь, всецело положившись на Господа! (II кн. VII.40).

И лишь мне не уснуть.
Я сегодня в плену
Горько-сладких воспоминаний,
Вернувших мне эту весну…

Тебя, малыш, лелеяли, растили, носили на руках,
В детсад водили. Поют тебе теперь, склонившись, ели
Прощание у вечной колыбели.