Случайные эпитафии - Страница 5

Кому ты дорог был при жизни,
Кому дарил ты дружбу и любовь
За вечное души твоей упокоенье
Молиться будут вновь и вновь.

Ты для меня была звездой,
Я сам, как тень, шёл за тобой,
Я сам себе, надеясь, лгу, —
Хочу забыть, но не могу!

Вечные сумерки здесь,
Нет ни людей, ни богов
Там ветра нет, там странный замок стоит
На краю времени!

Без настоящего, но с будущим!

Нам бы слово твоё хоть одно,
Нам бы руку твою на плечи,
«Слышишь папа!»- мы знаем одно,
Нам бы стало намного легче…

Господи! Я не довольно ль жила?

Кратковременное легкое страдание наше производит в безмирном преизбытие вечную славу

О! сколько муки в знанье том,
Когда мы тут же узнаем,
Что милому уже не быть!
И миг тот мог я пережить!

Горит вавилон и дым настигает луну.
Идут корабли ко дну, исполняя пророчество.
Сходят с орбиты сотни небесных светил.
И у меня впереди сто лет одиночества…

А если вдруг там просто нету ничего?

Покорись, седое время,
Я владычица твоя!

Без отчаяния к жизни нет и любви к жизни

С двух сторон сгорела,
Сожжена моя свеча.
Мне осталось сделать
Шаг, и этот мир — прощай!

Все звуки стихли в ожидании беды.

Мне в пути всегда светила
Путеводная звезда.

Смерть даст покой и вечный свет

Нет! лучше гибель без возврата,
Чем мир постыдный с тьмой и злом,
Чем самому на гибель брата
Смотреть с злорадным торжеством.

После вас, здесь проходят «тыщи». Смеются, нелепо гарцуют.
Написали на моем пепелище: «И здесь — танцуют»

Любовь к тебе, родной сынок,
Умрет лишь вместе с нами.
И нашу боль, и нашу скорбь
Не выразить словами.

Ты — вот, ты — юн, ты — молод,
Ты — муж… Тебя уж нет:
Ты — был: и канул в холод,
В немую бездну лет.

Дни мои быстрее гонца пробежали

Дорогие сосны не шумите,
Моего сыночка не будите.

Алчущим давал хлеб, нагим одежды!

То — смерти вечная, властительная тайна;
Я чувствую ее на дне глубоких снов,
И в предрассветный час, когда проснусь случайно,
Мне слышится напев ее немолчных слов…

Душа не в силах
Боль мою вместить!

Суета отдаляет нас друг от друга,
Оплетая все мысли паутиною липкой.
Оттого порой бывает трудно
Различать меж малым и великим.

О, если б небо решило без тяжких сомнений
Так же и мне, оглянувшись на жизнь, умереть!

Солнцу помоги, милый!

На перекрёстке солнечных дорог
Я видел утро и день.
Мои слова упали, как в песок — тень.
И мне казалось, будто я давно там,
Там, где прохлада и смех.

Сыночек милый наш, прости
За все земные твои муки.
Прости, что нет тебя, а мы живем,
Глотая слезы горькие разлуки.

Мне звезда упала на ладошку —
Маленький любимый человек.
Жалъ, что прожил ты совсем немножко,
А любви оставил нам на век…

Наши сердца заполнены словами благодарности/любви/признательности

Я плыл в черной пустоте.
Я обретал покой.
Свет в конце тоннеля,
Как магнит, тянул к себе дух мой.

Иисусе Единый, верный, неизменный прими его.

Ты всегда в памяти нашей.

Это был случайный ожог
И земля ушла из-под ног.
Ты пепел, я пепел.

Я попалась во все ловушки и черные дыры,
Я гуляла над бездной по краю реального мира.
И ушла чуть раньше, чем слишком поздно.
Закрываю глаза — исчезают звезды…

Отец наш небесный, благослови!
Я хочу умереть во имя любви.

Устоять на краю,
да не пасть в самосуд,
Вот такое дано
дело нам.

В гробу я слышу голос птичий,
Весна близка, земля сыра.

Значит, мне рвать привычки кольца,
Мерить время с нуля.
Знать, что мир под Покровом Солнца
И где-то в нем ты и я!

Никто не знает, что такое смерть — вполне возможно, что это величайшее добро для людей. Однако, все ее боятся как будто смерть — величайшее зло.

Есть ангел смерти; в грозный час
Последних мук и расставанья
Он крепко обнимает нас…

Круг жизни замкнулся, пути нет домой.
В безрадостном мире нет звёзд в небесах!
Мечты обращаются в прах!

Чей Храм, чей предел, чей приход,
Никто никогда не поймет
Кому, и зачем я пою.

Я закрываю глаза,
чтобы увидеть твои небеса.

Мой нежный
Цветочек,
Срывая твои лепестки,
Я в лунные ночи
Сама не своя от тоски.

Бог недаром повелел каждому быть на своем месте. Нужно только осмотреться вокруг.

Всё замерло. Такой ты был один,
Примерный муж, отец и сын,
И верный друг, что жил нас всех любя.
Как жаль что мир остался без тебя!

Отцом был я для нищих! (XXIX.16).