Случайные эпитафии - Страница 5

Ты прыгнул в небо,
В гремящий грозами поток.

Восхищен, чтобы злоба не изменила разума его, или коварство не прельстило души его!

«Как там в мире ином» — я спросил старика,
Утешаясь вином в уголке погребка.
«Пей! — ответил, — Дорога туда далека,
Из ушедших никто не вернулся пока».

Еще один великий голос смолк,
Правдивый голос обличенья!

Господь один водил его! (XXXII.12)

Только умер, вновь я жив,
Чуть шепчу в колосьях нив,
Чуть звеню волной ручья,
Слышу отклик соловья.

Помним, любим, скорбим

Взлететь до времени,
Не бросив семени,
Да окропить рассвет разрывом глаз.
В охват взять сразу всё,
Да потерять свое,
Задумал, порешил один из нас.

Ты герой!
Пускай никто не видел подвиг твой.

Прекрасный день его на Западе исчез,
Полнеба обхватив бессмертною зарею,
А он, из глубины полуночных небес,
Он сам глядит на нас пророческой звездою.

Великая благодарность детей и внуков и тепло воспоминаний!

Твой дом стал для тебя тюрьмой,
Для тех, кто в доме, ты чужой.
Ты был наивен и ждал перемен,
Ты ждал, что друг тебя поймёт,
Поймёт и скажет — жми вперёд,
Но друг блуждал среди собственных стен.

Господь был с ним, — и во всем, что он делал, Господь давал успех!

Обо всем сказав другому взглядом,
Каждый ждал. Но вот из-за угла
Пронеслась смертельная стрела,
Роковым напитанная ядом.

На обратной стороне луны
ты живешь
и я тебя почти не вижу.
Я сижу на крыше
и шепчу стихи…
Может быть, когда-нибудь,
ты меня услышишь.

Каждому свои пути,
Каждому свой час.
Смерть ровняет по себе
Нас.

Обратися душе моя в покой твой, яко Господь благо сотвори тебе!

Звезды слов или крест на словах.
Жизнь без любви,
Или жизнь за любовь,
Все в наших руках.

Я не люблю безнадежности спин,
Верю в энергию лиц.
Против движенья шел один,
Нарушив условность границ.

Ты жил, любил, спешил помочь другим,
Безвременно ушел.
Нам не вернуть потери…
Но и сегодня с нами ты,
Мы в это свято верим…

Но память, как и смерть неистребима,
Как дождь ночной по черноте стекла.
Кровавыми осколками рубина
Она на дно хрустальное текла.

Благоволишъ еси Блаже младенцу приити к тебе, болезнь родителей Сам облегчи, яко всемудрый и человиколюбивый!

Прими меня, почившего в бозе…

Жизнь не для тех, кто любит сны

Видеть птиц,
Слышать птиц,
Вместе с ними лететь.
До высокой
Звезды
Песни светлые петь.

И бурные смирял он страсти,
И было у него во власти
Больную душу как-нибудь
На миг надеждой обмануть!

Великая слава — следовать Господу, а быть тебе принятым от Него — долгоденствие! (XXIII.37).

Слезы лила — да не выплакать,
Криком кричала — не выкричать.
Бродит в пустыне комнат,
Каждой кровинкой помнит.
«Господи, Господи, Господи,
Господи, сколько нас роспято!..»
—Так они плачут в сумерки,
Те, у которых умерли
Сыновья.

Только надежда поможет в пути,
Солнце ещё не успеет взойти —
Я уже буду на звёздной тропе,
В крылатых сандалиях лечу я к тебе!

Но зато я так стремительно падаю вверх,
Как будто притяжения нет,
И нет ни законов, ни правил.

Ты можешь только продлить эту муку,
Обещая мне шанс на спасение.
Ты протягиваешь мне руку,
А меня уносит течение.

Грехов юности моей и преступлений моих не вспоминай; но милости Твоей вспомни меня Ты, ради благости Твоей, Господи! (XXIV.7).

Нам/(мне) в бытии отказано навеки!

Светлая (Вечная) память о тебе,
Навсегда останется в наших сердцах

Мальчик больше жить уже не будет,
Он не знает, что такое жить!

Казалось, спал он и видений
К нему нисходит светлый рой,
А не сразил своей косой
Ребенка мрачный смерти гений.

Завеса спущена, не надо притворяться!
Окончен жизни путь, наполненной тоской.
Нет сил надеяться, нет сил сопротивляться,
Настал расплаты час с бездушною судьбой.

Теперь ты здесь, ты сидишь за столом,
И тебя допустили к руке.
Но в этой квартире ты всего лишь гость.
Ответь, разве это было нужно тебе?

Немеет скорбь, сгорают слезы,
Когда, как жертва убрана.
Нежней и чище вешней розы, —
Сама безмолвствует она.

Он играл с огнем
И попался в сеть…

Умер, разочаровавшись
Безразличием людей…

Смерть — всегда твоя смерть

Слёзы наши не измерить,
Любовь к тебе не погасить.

Вот и все… Глаза твои закрылись,
Губы сжались, на ресницах тень,
Но не вериться родительскому сердцу,
Что тебя, сынок, не стало в этот день.

В маленький мой мир пришел покой
И тишина.
Все испепеляющей тоской
Я не больна.

Молча пройду я сквозь холод и тьму,
Радость и боль равнодушно приму.
В смерти иное прозрев бытие,
Смерти скажу я: «Где жало твое?»

Слово для сердца надежней, чем небо для глаз —
Импульс начала и светоч предтечи конца.
Слово заблудшие души спасало не раз,
Слово разило неверных вернее свинца.

Не бойся с дороги сбиться,
Иди через темный лес.
С тобой ничего не случится,
Я здесь.

Свет сияет на праведника! (XCVI.11).

Спутаны все дороги,
Обманчивы все пути.
Ожидание — яд одиноких,
Никто не должен прийти…