Случайные эпитафии - Страница 5

Но ты! О, пожалей о мне, краса моя!
Никто не мог тебя любить, как я,
Так пламенно и так чистосердечно.

Пусть взрываются звёзды
За преступность желаний,
Лишь бы ты был со мной
За секунду до смерти.

Мой путь будет в сотню раз длинней,
Но не виню ни черта, ни бога —
За все платить придется мне

Один лишь шаг может все решить…

Плоды его/(ее) трудов одолевают смерь!

Теперь/уже/отныне вне времени

Я бросаюсь в реку времён,
Пусть она меня унесёт.
Всем течениям вопреки
Разлучить с моим естеством,
Я вернусь из этой реки
Обновлённым другим существом.

Есть слова, что не скажешь и на ухо,
Разве только что прямо уж — в губы…
Милый, дверь затворила я наглухо…
Как с тобою мне страшно и любо!

Был готов умереть за сограждан и телом и душою.

Есть в близости каждой предвестники смерти:
Увядшие листья, поникшие ветви,
Погасшие взгляды, безвольно упавшие в руки.
Ты ещё говоришь, но теряется ясность,
И меня поглощает тяжёлый и вязкий
Туман, сквозь который с трудом пробиваются звуки.

Станут похожи печальные повести
Разных времён.

Иногда ангелы спускаются с небес,
Чтобы обогреть своим теплом и любовью,
Таким ангелом была ты, наша любимая девочка.

Смерть всех нас примиряет!

Исчезли, как дым, дни мои, и кости мои обожжены как головня! (CI.4).

Я молился на тебя,
Я смотрел в твои глаза,
Словно звёзды в небесах
Мне сияли они.

Зов предков слышу сквозь затихший шум(/гул/звон/говор)

В колыбели – младенец, покойник – в гробу.
Вот и все, что известно про нашу судьбу.

Из плакун-травы вырезали кресты,
Вместо крох земли к сердцу клали асфальт.
По большой воде возвращались с войны,
Да по скорбным дням поминали солдат.

Но день придет — и стихнет клевета,
И вместо криков озлобленья,
В тот день великий возрожденья,
Услышит дух поборника Христа
Толпы людской благословенья!

А я любил его. Меж мной
И им таинственной рукой
Любви завязан узел был.
Отец! о, я тебя любил.

Мне так тебя недостает для полного человеческого счастья.

Себя до Бога донести,
Чтоб снова в ночь упасть, как камень.

Здесь под слоем гальки и песка
спит моя последняя тоска…

Спасибо тебе, мой ясный, за то, что ты был на свете!

Был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен, и удалялся от зла!

Тебе вечный сон, а нам вечная тоска.

Радость и грусть,
Смех и печаль, —
Все в наших руках.

Никто о том не покрушится,
И будут (я уверен в том)
О смерти больше веселиться,
Чем о рождении моем…

Великий бессеребренник
и истый человеколюбец

Я столько лет тебя ждала,
Что мне уже не больно.

Нас больше нет — стоит ли жить
В мире крещенном огнем?

Жизнь или смерть? Ответ последует скоро…

Мне непонятны людские страдания,
Чувства даны тем, кто слаб, кто умрёт.

Пусть живущих страсти душат,
Требуя ответа.
Боже, упокой их души
У предела света.

Есть такие вопросы, ответы на которые убивают.

Куда ланит девались розы,
Улыбка уст и блеск очей?
Все опалили, выжгли слезы
Горючей влагою своей.

Какой удивительный сон мне приснился!

Жизнь и есть причина жизни

Скорбь и печаль твоей утраты, пребудут с нами навсегда.
Что может быть страшней и горше потери мужа и отца.

Можешь стереть все файлы,
Можешь устроить битву,
Только оставь мне
Мою опасную бритву.

Но все будет не так, как оно быть должно,
Все будет именно так — другого не дано,
И все же, как бы я хотел,
Что бы ты была здесь…

Беспредельным далям преданный,
Там, где меркнет свет и шум,
Я покину круг изведанный
Повторенных слов и дум.

Разлуки нет. Твой образ милый
Чрез жизнь мы в сердце пронесем,
И там, за рубежом могилы,
Навек обнять тебя придем.

Умереть — тоже надо уметь…

Но так устроен мир земной
И тем вовек не увядаем:
Смеется кто-то за стеной,
Когда мы чуть ли не рыдаем.

Блажен путь, в он же идеши днесь душе яко уготовася теби место упокоения!

И все новой странной сладостью
Овевает призрак сна…
Я бы умер с тайной радостью
В час, когда взойдет луна.

Но у жизни есть мрачные силы —
У кого не слабели шаги
Перед дверью тюрьмы и могилы?
Долговечность и слава — враги.

Он душой чистый как кристалл.

Ты бы перед Ним
На колени встал,
Не стыдясь ни слов, ни слез.
Кто любил — тот и распял…