Случайные эпитафии - Страница 3

Сеявшие со слезами будут пожинать с радостию! (CXXV.5).

Иль, полным благодатной силы
Цветку расцвесть в руке творца,
Чтобы скорбящих у могилы
Родные врачевать сердца?..

За меня невеста отрыдает честно,
За меня ребята отдадут долги,
За меня другие отпоют все песни,
И, быть может, выпьют за меня враги.

Здесь поют соловьи панихиды хрустальные,
Тут в пасхальную ночь у берез
Под церковного звона аккорды финальные
Тихо сходит к усопшим Христос.

Яков живот наш есть; цвит и дым, и роса утренняя во истину: приидите убо узрим на гробих ясно, где доброта телесная; где юность; где суть очеса и зрак плотский; вся увядоша яко трава, вся потре бишася: приидите ко Христу припадем со слезами!

Как миг тоски — пред радостью беспечной,
Как черный грех — пред детской чистотой.
Нам не дано понять всю прелесть смерти,
Мы можем лишь предчувствовать ее…

Люди, добрые люди,
Пусть наш мир добром, добром прибудет!

О, лучше умри поскорее,
Чтоб юный красавец сказал,
«Кто был этой девы милее?
Кто раньше её умирал?»

Может вырастут новые крылья,
Красота, доброта,
И расправить их будут силы.

Ты можешь только продлить эту муку,
Обещая мне шанс на спасение.
Ты протягиваешь мне руку,
А меня уносит течение.

Помним, любим, скорбим

На дне души схоронена глубоко
Прошедших лет безумная любовь;
Она без слез уснула одиноко,
И тихо спит, и не проснется вновь.

Как дерево без кроны,
Как город без людей,
Обыден мир без тебя…

Мы будем драться, чтобы жить
За тех, кто первым был убит,
Враг словно призрак без лица,
Мы будем драться до конца.

Тише березы, листвой не шумите
Мамочка спит, вы ее не будите

Себя до Бога донести,
Чтоб снова в ночь упасть, как камень.

Там, где горы сомкнулись в кольцо,
Месяц качает в серебряной лодке
Ту Любовь, что похожа на сон —
Самый сладкий и самый короткий.

Дороги строим мы, но вот беда.
Дороги все приводят нас сюда…

Ты не удивляешься жизни лишь по привычке, а ведь она чудо!

Пусть сон сладкий твой
Вовек никто не потревожит;
Нарушить уж ничто не сможет
Забвенья вечного покой.

Прими, Господь, мою душу грешную!

И он упал — и умирает
Кровавой смертию бойца.
Жена ребенка поднимает
Над бледной головой отца:
«Смотри, как умирают люди,
И мстить учись у женской груди!..»

Нетленное тело лежит подо льдом,
А душа полыхает огнём!

Не косит сплошь, но лучшие колосья
Нередко с корнем выдернет она…

Ты устал быть птицей и сорвался камнем,
Рухнул с высоты, спасаясь от судьбы…

На землю с неба звезды смотрят мирно/благосклонно глазами близких, кто покинул нас.

Ты успокоишься, и восстанешь для получения жребия твоего в конце дней.

Затерялся в море гула
Крик, тебе с душою разорвавший грудь.
Розовая, ты тонула
В утреннюю муть…

Напрасные слезы из глаз не текли:
Тоска наши души сжимала,
И горсть роковая прощальной земли,
Упавши на гроб, застучала.

Если подумать о жизни — горем она полна.
Ведь одному бриллианту — тысячи душ цена!
Как в зеркале, в каждой грани подлость отражена.
Клянчить себе подачек наша земля должна.

Моя душа звенит дождю в унисон,
Пенит землю грозой.
Я вышел в мир один, сжигая мосты,
Я шел своей колеей.

Но солнце всходило, чтобы согреть наши души.
Солнце всходило, чтобы согреть нашу кровь.

Я пыталась(лся) не думать о том,
Что все это может внезапно исчезнуть…

Прожившие жизнь достойно, покойтесь с миром…

Без друга лучше дни влачить
И к смерти радостней клониться,
Чем два удара выносить
И сердцем о двоих крушиться!..

И мне казалось, что моё окно открыто для всех.
И мне казалось, будто я иду вверх,
Я мерил время по дням.
Мне было легче, пока я верил песням и снам.

Как ваше вечное молчанье
Нам безошибочно понять?

Ты, наверно, сейчас что-то хочешь мне сказать,
Слов не надо — мы вместе опять!

Он приблизился, крылатый,
И сомкнулись веки над сияньем глаз.
Пламенная-умерла ты
В самый тусклый час.

Ты в нас, родной, как наша кровь,
И смерть не властна над тобой, пока на свете есть любовь!

Нет боле искр живых на голос твой приветный —
Во мне глухая ночь, и нет для ней утра…

Избавь, Господь, меня от тех воспоминаний!

Помню смех твой тихий, взгляд потухших глаз
О житье минувшем сбивчивый рассказ.
По лесу бродили часто мы вдвоем;
Старику там каждый кустик был знаком.

Отныне, парень, ты душе своей — изменник!

Страдал он в жизни много, много,
Но сожаленья не просил
У ближних, так же как у бога,
И гордо зло переносил.

Сердце ее/(его) уповало на Господа!

Станут похожи печальные повести
Разных времён.

Мальчик больше жить уже не будет,
Он не знает, что такое жить!

Здесь дверь на небеса.

Дни мои бегут скорее челнока, и кончаются без надежды (VII.6). Помяни меня, Господи, во царствии Твоем!