Случайные эпитафии - Страница 3

Одним цветком земля беднее стала. Одной звездой богаче небеса.

Любила ты, и так, как ты, любить —
Нет, никому еще не удавалось —
О Господи!.. и это пережить…
И сердце на клочки не разорвалось…

С двух сторон сгорела,
Сожжена моя свеча.
Мне осталось сделать
Шаг, и этот мир — прощай!

Так много добрых слов
Нам хочется тебе, сынок, сказать,
Единственный, неповторимый и любимый,
Но рок судьбы украл тебя у нас,
Прервав единственную жизнь,
Которую с тобой мы так любили.

И делал он угодное в очах Господних, и не уклонялся ни направо, ни налево!

Под тенью миртов и акаций
В могиле скромной сей
Лежит прелестная подруга юных граций:
Ни плачущий Эрот, ни скорбный Гименей,
Ни прелесть майской розы,
Ни друга юного, ни двух младенцев слезы
Спасти Полину не могли!
Судьбы во цвете лет навеки обрекли
Ее из пламенных объятий
Супруга нежного, детей, сестер и братий
В объятья хладные земли…

Что-то устал я… Ну-ка прилягу…
Всё кончается смертью, всё кончается сном.

Обстоятельства разделяют нас,
Но принять это я не могу.

Под камнем сим почиет муж —
Сторонник твёрдых правил, —
Что сотни тысяч грешных душ
К прапращурам отправил.
Он мягкотелых презирал —
Он был иного рода!.. —
Он был великий генерал
Великого народа.
Но час пробьёт, когда в гробу
Он бодро повернётся
И, невзирая на судьбу,
Восстанет — и вернётся!..
И обратится генерал
К народу со словами:
«Я ненадолго
умирал,
Но нынче —
снова с вами!..

Великая личность на все времена!

На скорбный хладный камень сей
Воззри всяк человек!
Вообрази в своем уме
Быстротекущий век.
Познай — когда-то и твоих
Настанет дней конец.
Спеши, успей себе сплести
Из добрых дел венец!;;

Говорят- всё проходит, кроме одиночества…

Узрят лице Его, и имя Его будет на челах их!

Удивленья достойны поступки творца!
Переполнены горечью наши сердца:
Мы уходим из этого мира, не зная
Ни начала, ни смысла его, ни конца…

Он проходит сквозь нас, подчиняя нас себе,
Возможно, это его помощь тебе и мне,
Ведь он стоит твёрже, а, стало быть, прав,
Но всегда ли тот прав, у кого много прав?

Ты стал сам себе судьей, но смерть твоя не в счет

Ты мой крест, ты мой свет — Вера!
Да, я в молитвах живу,
Славя имя Христа, но безумно устал.

Твой уход — потеря
Для многих людей.
Клянемся: можешь верить
В верность друзей.

Прощай и мечты, и покой!
Боль незакрывшихся/(незалеченных) ран
Останется вечно со мной…

Любить — это так глупо:
Всё получилось не так, как хочется.
Лезут холодные,
Скользкие щупальца в мир одиночества.
Калечат и ранят, и сердце сжимают вежливой ложью,
Но мы же не станем холодными, скользкими тоже!

Покойся, дитя дорогое,
Только в смерти желанный покой,
Только в смерти ресницы густые,
Не блеснут горячей слезой…

Как бессмысленно жестока смерть любви/(любимых)!

Он сказал: «Теперь слава Богу», —
И еще задумчивей стал.
«Давно мне пора в дорогу,
Я только тебя поджидал.
Так меня ты в бреду тревожишь,
Все слова твои берегу.
Скажи: ты простить не можешь?»
И я сказала: «Могу».

Сквозь улыбки встреч, через боль потерь
От себя к себе открываем дверь.
Тот, кто разом сжёг за собою мост,
Продолжает путь в окруженье звезд.

В вечной памяти будеть праведник;
Не убоится худой молвы!

Смерть срывает завесу неведения, зачем прожиты все былые дни и годы.

Что б я смог осилить страх,
Что б смог песней выткать грусть
Вечной памяти в сердцах
И, быть может, я вернусь.

Смерть ежедневна: мы умираем день за днем.

Живите полной жизнью, дети мои! Жизнь до смерти гораздо интересней.

Где мудрец, мирозданья постигший секрет?
Смысла в жизни ищи до конца своих лет:
Все равно ничего достоверного нет —
Только саван, в который ты будешь одет…

Не плачь, что это закончилось. Улыбнись тому, что было!

Я выпил тишину из хрупкого бокала
Хрустальных грёз, переступил черту,
Накрыл безмолвным звездным одеялом
Сна наготу,
И по тропе над пропастью нирваны,
Сквозь ливни слёз
Ушел, оставив все, походкой пьяной,
Богат, как Крёз…

Голос твой затих,
Растворяясь в ночи —
Ты исчезла во мгле,
Словно пламя свечи.

Ты ждёшь меня
В мире потерянных снов,
В мире пропавших вещей.
У стены, увитой сухим плющом,
Опустив ноги в ручей…

Вокруг кладбище надежд,
Вечный страх и торжество невежд,
Будущего нет здесь у нас с тобой.

За меня невеста отрыдает честно,
За меня ребята отдадут долги,
За меня другие отпоют все песни,
И, быть может, выпьют за меня враги.

Покойся в Царствии Небесном.

Кайся, сын,
Земная жизнь
Прелюдия к другой

Я — голубь бумажный, застрявший в деревьях,
Истерзанный ветром, промокший от снега.
Я — вырванный из книги, смятый листок…

Слава, честь и миръ всякому делаюшему благое!

Царь мира воскресит нас, умерших за его законы для жизни вечной! (II кн. VII.9).

Не надо плакать обо мне, душа подвластна только Богу,
Она отправилась в дорогу по неизведанной стране.
Там царство света, царство звезд,
Там царство мировых гармоний, так отними от глаз ладони
И улыбнись, не надо слез.

Без друга лучше дни влачить
И к смерти радостней клониться,
Чем два удара выносить
И сердцем о двоих крушиться!..

Испокон веков земля
Усмиряла миг,
Укрывала тишиной
Крик.

Мне снятся твои поцелуи
И океаны воды,
И голубые льды,
К которым можно
Прижаться губами…

Время как змей вьется вокруг себя,
В книге смертей будет глава моя.

Тебе вечный сон, а нам вечная тоска.

Но я могу в своём воображении
Переписать, как угодно, все главы.

Человек — сам хозяин своей жизни и смерти!

Все решено, и он спокоен,
Он, претерпевший до конца, —
Знать, он пред богом был достоин
Другого, лучшего венца —
Другого, лучшего наследства,
Наследства бога своего,—
Он, наша радость, с малолетства
Он был не наш, он был его…