Случайные эпитафии - Страница 22

Когда могильная плита без сожаленья
Придавит робкую, изнеженную грудь,
Чтоб в сердце замерло последнее биенье,
Чтоб ножки резвые прервали скользкий путь

Где мудрец, мирозданья постигший секрет?
Смысла в жизни ищи до конца своих лет:
Все равно ничего достоверного нет —
Только саван, в который ты будешь одет…

Кто живет без цели, тот всегда блуждает!

Не роняй снежинки в сумрак вод,
Нет той меня.
Только лишь костёр остался от
Моря огня.

И в мир неизведанный, новый
Осторожно сделаешь шаг,
Закрывая глаза от страха,
Трепеща и не зная, как.

Жизнь так жестока
На этой проклятой земле!

Мрачный пейзаж мне открылся —
Ночь или день? Тут не понять.
Смысл исчез, испарился.
Где мне теперь его отыскать?

Смотри, начался отсчет.
Может быть нам снова повезет
В океане звезд и других планет.

Храм бога высокий, часовня, отрада,
Кресты да курганы — кругом тишина.
Покойся же мирно, прах милого брата,
Пока не восстанешь от долгого сна.

Дорогa в очах Господних смерть святых Его! (CXV.6).

Я Всадник Из Льда
Надо мной
Мерцает звезда,
Но весной
Лёд тает всегда,
Только я никогда!

Мы бога попросим:
«Впишите нас с другом
В какой-нибудь ангельский полк!»

Обратися душе моя в покой твой, яко Господь благо сотвори тебе!

Покайтесь, ибо приблизилось царствие небесное. (3,2)

Придите ко мне Все обремененные и страждущие И Я упокою Вас…

Ты стала невесомым лучиком.
Так уходят лучшие.

«Как там в мире ином» — я спросил старика,
Утешаясь вином в уголке погребка.
«Пей! — ответил, — Дорога туда далека,
Из ушедших никто не вернулся пока».

И однажды проснутся все ангелы
И откроются двери
Для того, кто умел верить.
И ненастным январским утром
В горах расцветет миндаль
Для того, кто умел ждать.

Господи, на тебя уповая, почию здесь до дня Воскресения!

Кто же вздохнул у могилы,
Чья облегчается грудь?
Скорбную душу помилуй,
Господи! Дай отдохнуть.

Ты в жизни всё успеть хотел,
Но песню счастья не допел…
Под этим небом голубым
Наш дорогой, любимый мальчик
Остался вечно молодым.

Что родится — то умрет…

По светлой душе здесь Вселенная плачет
Скорбным погостным дождем

Ты паришь над миром…

Как рано ты ушел, родной,
Оставив нам печаль и боль.

Во дни печали нашей сирой,
К Стопам Творца мы припадем,
Утешит нас Отец Небесный,
И в нем отраду мы найдем…

Яков живот наш есть; цвит и дым, и роса утренняя во истину: приидите убо узрим на гробих ясно, где доброта телесная; где юность; где суть очеса и зрак плотский; вся увядоша яко трава, вся потре бишася: приидите ко Христу припадем со слезами!

Ты поклонись ему — он человеком был!

Мир и теперь продолжает жить,
Радуясь и любя.
Но как смириться, отныне как быть
Нам без тебя?;;

Сынуля, наш родной, любимый.
Как рано солнышко погасло для тебя.
За что жестоко так накfзаны судьбою?
Унес ты сердце наше навсегда.
Живем надеждой встречи мы с тобою.

Там, где дни облачны и кратки, родится племя, которому умирать не больно.

Неразлучны вечно

Земная жизнь —
Прелюдия к другой.
На стене
Своей тюрьмы
Увидишь лик святой!

Узрят лице Его, и имя Его будет на челах их!

Претерпевший до конца спасется. (10,22)

Как с деревьев падать начал лист сухой,
Смерть подкралась к деду тихою стопой.

И ясно вижу я в те вещие мгновенья,
Что жизнь ответа ждет — и близится ответ,
Что есть — проклятье, боль, уныние, забвенье,
Разлука страшная, но смерти — нет…

Моя незримая армия во сто крат сильнее:
Тысячи светлых ангелов
Грозно стоят за спиною моею.
Мрак озарят лучезарные
Вспышки просветов ночных облаков…

Блажен путь, в он же идеши днесь душе яко уготовася теби место упокоения!

Спи спокойно, милый сын,
Все тебя мы любим,
Помним и скорбим.

И кончилась жизнь земная,
Все силы угасли в тебе,
Прощай же, родной наш, любимый,
Вечная память тебе!

Спи спокойно.
Муж, дети, родные.

Остались в прошлом муки и страданья
И молодость погибшая моя.

Смерть не в силах
Людей разлучить навек!
И захлопнуть за ними дверку…
Разве может уйти человек,
Если он остается в сердце!?

Память его во всяких устах будет сладка, как мед!

Он сказал: «Теперь слава Богу», —
И еще задумчивей стал.
«Давно мне пора в дорогу,
Я только тебя поджидал.
Так меня ты в бреду тревожишь,
Все слова твои берегу.
Скажи: ты простить не можешь?»
И я сказала: «Могу».

Закрываю уста и затворяю врата чувств мирской жизни благостно и смиренно, ибо верую свято и истово!

От сердца воспевал он и любил Создателя своего!

Взмахнет снова Феникс крылом,
Забудет боль,
Отринув Смерть,
Сверкнет оперением своим,
Умчится ввысь,
Рождая вновь
Восторги и зависть земли.

Какая сила не знаю против воли влечёт меня к краю,
И кажется ближе, ты всё ближе,
И между нами лишь шаг с крыши.