Случайные эпитафии - Страница 22

Пойду искать пути Господни!

Исчезли, как дым, дни мои, и кости мои обожжены как головня! (CI.4).

Свет сияет на праведника! (XCVI.11).

Две руки — ласкать-разглаживать
Нежные головки пышные.
Две руки — и вот одна из них
За ночь оказалась лишняя.

Мы деревья большие,
Но сильнее нас был ураган —
Вырвал с корнем.

Вот он причислен к сынам Божьим, и жребий его — со святыми!

Если сможешь, прости!

Смерть не в силах
Людей разлучить навек!
И захлопнуть за ними дверку…
Разве может уйти человек,
Если он остается в сердце!?

Но и братья мои неверны! (VI.15).

Боже!.. Тебя жаждет душа моя, по Тебе томится плоть моя в земле пустой, иссохшей и безводной! (LXII.2).

Ты уснул навсегда светлым днем февраля
И в секунду для нас опустела Земля,
Но теперь в Небесах обретя свой покой,
Вечно помни, любимый — наше сердце с тобой…

Я не встречу тебя никогда, и я знаю – так будет всегда.

Смерть стала/была/оказалась лучшим выходом

Вы другие, мы уже не те.
Мы уходим, вы на высоте.

Нынче на родной земле стало тесно…

Урок принятия собственной смерти — последний дар родителей.

Я не знаю, что теперь со мной,
Я летаю — крылья за спиной.
Я не ангел, я не смог им стать,
Я не знаю, как тебе сказать.

Вот и настал
Час испытания.
О, как я устал
От ожидания.

Добродетельный и боящийся Бога!

Тьма дорог туда низводит
Ни одной оттуда нет;
И отшедший не приходит
Никогда опять на свет.

В РУЦИ ТВОИ ГОСПОДИ
ПРЕДАЮ ДУХ МОЙ.

И вот опять все потемнело,
Все стихло в чуткой темноте —
Как бы таинственное дело
Решалось там — на высоте.

Почивай же, дружок! Память вечная!
Не жива ль твоя бедная мать?
Или, может, зазноба сердечная
Будет таять, дружка поджидать?

К тебе, о царь, владыка, дух забвенья,
Из бездны зол несется возглас мой:
Приди. Я жду. Я жажду примиренья!

Но и ее смерть жадная/алчная скосила

Грань познания и жалости
Сердце вольно перейдет,
В вечной бездне, без усталости,
Будет плыть вперед, вперед.

Изнемогающий, больной,
Души ты не утратил силу,
И жизни мутною волной
Ты чистым унесен в могилу.

Какая сила не знаю против воли влечёт меня к краю,
И кажется ближе, ты всё ближе,
И между нами лишь шаг с крыши.

Теперь, как ребенок, учусь жить\+\Один/(одна, сам, сама), без тебя.

Смысл — в ритме каждого дня и часа!

Жить как все мне скучно.
Мне и смерть игрушка!
Скорость в крови,
Удачу лови!

Мы теряем друг друга на этой войне.
Небо в огне, а ты говоришь мне,
Что мы никогда не умрём.

Что остается, кроме бессмысленного камня, если неясен замысел ваятеля?

Прости меня, мальчик весёлый,
Что я принесла тебе смерть.

Окончил/(а) жизнь, всецело положившись на Господа!

Пуст это печальный, безмолвный гранит
Твой образ навеки для нас сохранит

Я рада в цвете жизни умереть:
Земные муки хуже, чем могила.
Навеки смерть меня освободила
От доли в одиночестве стареть

Ты свободна, я тебя люблю.

Я встречусь наконец на ступенях могилы
С неумолимою судьбой.

И кончилась жизнь земная,
Все силы угасли в тебе,
Прощай же, родной наш, любимый,
Вечная память тебе!

Нет дня, чтобы душа не ныла,
Не изнывала б о былом,
Искала слов, не находила,
И сохла, сохла с каждым днем…

Все, все как вчера
Но без тебя…

Путь мой лежит
В страну снов и чудес,
Я прошёл сквозь Врата
И попал в Волшебный Лес.

Весь я соткан из огня,
Я лучистый факел дня,
В дымке утренней рожден,
К светлой смерти присужден.

О бездушный Дух времени!
Отныне нам не по пути…

Возьми свой меч, развей мой страх –
Мы не нужны богам!
Игрушкой у судьбы в руках
Быть не пристало нам!

Надо мною тишина,
Небо полное дождя.
Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.

Кто заставил тебя верить
Этой быстрой воде?
Оставляя свой берег,
Плыть навстречу беде?

Я сохранял свои воспоминания,
Которыми все эти годы жил.
Я их хранил на сумрачной вершине,
Во тьме бездонной пропасти хранил.
На самом дне хрустального кувшина
Как каплю высохших чернил!

Господи спаси меня!