Навет — не помеха, покуда есть Вера! Стена — не преграда для тех, кто в пути. И окрик — не сила, и выстрел — не мера, Когда тебе солнце шепнуло: «Лети!»
Вот этот прах, остатки бытия, Где лика нет, где очи уж истлели, — Урок тому, кого пленять умели, В какой тюрьме жила душа моя. Кто этот гроб слезами орошает, Тот понапрасну верит, что вернет Его слеза сухому древу плод: Ведь по весне мертвец не воскресает.
Не объяснить почему наважденья и слёзы, Именно ты почему болен именно мною. Не существует ответов на эти вопросы, Не специально я стала твоей паранойей.
И ветви, простонав под ветром — пред ненастьем, — Зовут меня вздохнуть над отснявшим счастьем, И шепчут, мнится мне, дрожащие листы: «Помедли, отдохни, прости, мой друг, и ты!»