Эпитафии ребенку, надписи на памятник ребенку

Он душой чистый как кристалл.

Слезы льются pyчьем, и дождь в пpидачy.

Все, что было — свет мой,
Чистый и святой.

В твоих глазах застыла боль.
Я pазделю ее с тобой.

Сон и смерть — так похожи брат и сестра.

По мне/нам плачет только свеча на холодной заpе…

Он/она отправился(лась) в рай

Ты, летящий вдаль беспечный ангел…

Плачьте о душе…

Ты устал быть птицей и сорвался камнем,
Рухнул с высоты, спасаясь от судьбы…

Ты паришь над миром…

Наконец ты счастлив, как никто на свете…

Ты жив/жива, но для всех исчез/исчезла в черных облаках…

Исчез/исчезла в зеркале мира…

Нынче на родной земле стало тесно…

Он очень крепко спал,
А ветер песни напевал ему
И кудри ласково трепал.

Мальчик больше жить уже не будет,
Он не знает, что такое жить!

Одолела мальчика усталость.

Эй, вы! Я же хотел добра!

Я вне игры!

Но везенья вышел срок…

Откуда я — там смерти нет.

Пейте на здоровье и для вас потом
Наступит вечное веселье.

Но в один момент
Ужаснулся свет…

Выхожу из тьмы!

Покой везде царит!

Я знаю точно — это всего лишь страшный сон!
О, ангел мой, ты мне проснуться помоги!

В такой веселый светлый день
Как можно быть таким несчастным?

Никто не знает, что такое смерть — вполне возможно, что это величайшее добро для людей. Однако, все ее боятся как будто смерть — величайшее зло.

Заботы о погребении, устройство гробницы, пышность похорон – все это скорее утешение живых, чем помощь мертвым.

Я научился смотреть на смерть просто как на старый долг, который рано или поздно придется заплатить.

Там, где дни облачны и кратки, родится племя, которому умирать не больно.

Смерть — лучший врач на земле, у которого не бывает неудачных случаев.

Кто знает, может быть, жить — это значит умереть, а умереть — жить.

Умереть — значит присоединиться к большинству.

Только смерть превращает жизнь в судьбу.

Смерть: полное затмение солнца и земли.

Смерть живет своей жизнью.

Прости! Разверстая могила
Тебя отдаст родной земле;
Скажи: что смерть изобразила
На этом вдумчивом челе?

Изнемогающий, больной,
Души ты не утратил силу,
И жизни мутною волной
Ты чистым унесен в могилу.

И перед смертию, живой исполнен ласки,
Ты взор обвел кругом
И тихо сам закрыл младенческие глазки,
Уснув последним сном…

О, не кладите меня
В землю сырую:
Скройте, заройте меня
В траву густую!..
Пускай дыханье ветерка
Шевелит травою —
Свирель поет издалека,
Светло и тихо облака
Плывут надо мною…

Тьма дорог туда низводит
Ни одной оттуда нет;
И отшедший не приходит
Никогда опять на свет.

Но уж тело недвижимо,
Бездыханна грудь…
В трубке жертвенного дыма
Ей уж не раздуть.

Пей! И в огонь весенней кутерьмы
Бросай дырявый, темный плащ Зимы.
Недлинен путь земной. А время — птица.
У птицы — крылья… Ты у края Тьмы.

Беспощадная судьба, наши планы круша.
Час настанет — и тело покинет душа.
Не спеши, посиди на траве, под которой
Скоро будешь лежать, никуда не спеша.

Без меня собираясь в застолье хмельном,
Продолжайте блистать красотой и умом.
Когда чаши наполнит вином виночерпий —
Помяните ушедшего чистым вином!

Ты умер, как и многие, без шума,
Но с твердостью. Таинственная дума
Еще блуждала на челе твоем,
Когда глаза закрылись вечным сном…

Но не проснется звонкая струна
Под белоснежною рукой твоей,
Затем что тот, кто пел твою любовь,
Уж будет спать, чтоб не проснуться вновь.

Но для небесного могилы нет.
Когда я буду прах, мои мечты,
Хоть не поймет их, удивленный свет
Благословит; и ты, мой ангел, ты
Со мною не умрешь: моя любовь
Тебя отдаст бессмертной жизни вновь;
С моим названьем станут повторять
Твое: на что им мертвых разлучать?