Случайные эпитафии - Страница 32

Ни ветра, ни сна. Кто вспомнит меня?
Как бы я хотел плыть в лодке морем на закат,
Вольным быть, как зверь свободный и растить свой сад,
Жить бы лет до ста и любить, как все любят на земле.

Отзвучали клятвы прощальные,
Простились, простили… Прощайте!
Жизнь продолжается!

Ходящие прямым путем будут покоиться на ложах своих! (LVII.2).

О слезы, о слезы! несчастных отрада!
Чрез хладную землю катитесь к нему,
На грудь упадите бесценного брата
И горе мое передайте ему!

Но тесный гроб, добычи жадный,
Не выдаст мертвого певца.
Он спит; ему в могиле хладной
Не нужно бренного венца.

Род правых благословится! (CXI.2).

Я сижу и не знаю, что делать,
Ощущениями пьяна я.
Слушаю музыку ветра
И музыку странного сна.

Я с миром пребывал в извечной ссоре.

Он свои блага раздал нищим! (CXI.9).

Я хочу сберечь заповедный свет.
Я — хранитель свеч на границе тьмы
Свет ковал мой меч для своей войны.

Спи — твой отдых никто не прервет.

Русский гений издавна венчает
Тех, которые мало живут,
О которых народ замечает:
«У счастливого недруги мрут,
У несчастного друг умирает…»

С жизнью покончен вопрос —
Больше не будет ни горя, ни слез!

Как хочется, как всем нам хочется
Не умереть, а именно уснуть.

Не тебя, не меня,
Здесь меня больше прежнего нет.

Воспоминания о тебе украшают наш мир.

Плоды его/(ее) трудов одолевают смерь!

Две руки, легко опущенные
На младенческую голову!
Были — по одной на каждую —
Две головки мне дарованы.

Но обеими — зажатыми —
Яростными — как могла! —
Старшую у тьмы выхватывая —
Младшей не уберегла.

Я вежливо тихо уйду.

Ты бы перед Ним
На колени встал,
Не стыдясь ни слов, ни слез.
Кто любил — тот и распял…

Вы не ушли, хоть преданы земле.
Вы вечно живы в памяти любимых!

Господи! Ты даруешь нам мир; ибо и все дела наши Ты устареваешь для нас!

Брат, столько лет сопутствовавший мне,
И ты ушел — куда мы все идем,
И я теперь — на голой вышине
Стою один, — и пусто все кругом…

Я теряю иллюзии,
Забываю детские сны.
Я последние силы теряю
На поиски мира.

Нерасторжимы наши имена!

ты ушла … и стало пусто на земле

Сделайте себе одолжение: успейте насладиться жизнью!

Будут песни к нему хороводные
Из села по заре долетать,
Будут нивы ему хлебородные
Безгреховные сны навевать…

Он сказал: «Теперь слава Богу», —
И еще задумчивей стал.
«Давно мне пора в дорогу,
Я только тебя поджидал.
Так меня ты в бреду тревожишь,
Все слова твои берегу.
Скажи: ты простить не можешь?»
И я сказала: «Могу».

На пути в мир незыблемых истин,
Где каждый поступок осмыслен.

Наше горе не измерить,
С нами грусть, одна беда.
Никогда нам не поверить,
Что ушла ты навсегда.

Один лишь шаг может все решить…

Придет пора преображенья,
Конец житейского пути…

В Боге спасение мое и слава моя; крепость силы моей и упование мое в Боге! (LXI.8).

Кто вас в сон вечный погрузил,
Земли неведомые гости,
И ваши брошенные кости
С живою плотью разлучил?

Рвётся тонкая нить между миром и мною.

Только вчера были вдвоём,
Кто виноват — лишний вопрос, —
Ведь всё равно ответ не найдём,
Много и чёрных, и белых полос.

Станет моей обителью вечный город.

Мы знаем: Смерть не слышит нас,
Не видит наших потрясений.
Но разве это в грустный час
Удержит нас от слез и пеней?
Ты говоришь: забудь! Но сам
Ты бледен, ты готов к слезам.

Жизнь прожить — не поле перейти!

Лунной кисти не достичь глубин —
Эту бездну знаю я один.

Прости, что жизнь твою я не спасла,
Весь век не будет мне покоя.
Не хватит сил, не хватит слез,
Чтобы измерить мое горе.

Всё имеет свой конец, своё начало

Пусть образ твой хранят года

Мое СЕГОДНЯ в жертву вашему ЗАВТРА

Излейте здесь свои печали,
Поведав вечности одной
Все, недосказанное вами,
И недослушанное мной.

О, если б небо решило без тяжких сомнений
Так же и мне, оглянувшись на жизнь, умереть!

Она ушла, не найдя любви в этом мире

Перед скорбью бессильны слова,
Тот не умер, о ком память жива…

Ходил/(а) во все дни жизни путями истины и правды!