Случайные эпитафии - Страница 2

Так хорошо и вольно умереть.
Всю жизнь скакал — с одной упорной мыслью,
Чтоб первым доскакать.

Здесь, в долине скорби, в мирную обитель
Нас земля приемлет

Но так устроен мир земной
И тем вовек не увядаем:
Смеется кто-то за стеной,
Когда мы чуть ли не рыдаем.

Наша жизнь без тебя,
Словно полночь глухая,
В чужом и безвестном краю,
О спи, наша ……..,
спи, дорогая,
У Господа в светлом раю.

Где бы ни был я, везде, как тень, со мной —
Мой милый брат, отшедший в жизнь иную,
Тоскующий, как ангел неземной,
В своей душе таящий скорбь немую, —
Так явственно стоит он предо мной.

И пришлось нам нежданно-негаданно
Хоронить молодого стрелка,
Без церковного пенья, без ладана,
Без всего, чем могила крепка…

А мы гуляли, пели, шли своей тропой, мы открывали двери.
Хоть вход был запрещён, мы шли в огонь!

Отмеченный плахой лесами схоронен,
Забытый отвагой воспитан войной.
Разбуженный солнцем устанет в погоне
Да сном утомится искавший покой.

Яко младенец незрелый от матерных обятий, ныни. якоже птенеииь скоро отлетелъ еси и к еоздателю всех избегали еси!

Пусть Бог вернется к тебе, ушедшему(/ушедшей) от непонимания, жестокости и невзгод!

Ты говоришь, а ветер стонет в деревьях,
И шар земной из-под ног уплывает.
Наверное, пройдёт какое-то время
Прежде, чем я всё осознаю.

Отлетала в свистопляс,
воротиться не успела,
Спохватилась горевать,
как зарыли в снег.

И даже тишина звенит в моих ушах,
И стрелки, почему-то, застыли в часах…

А ведь каждый из нас мог нормальным бы быть человеком.
Хорошо, что не вышло так,
И что мы такие как есть.

Смерть стала утешением

Надо собрать Волю в кулак,
К свету лицом встав, сделать шаг.

Жизнь направляется знанием смерти

Кто-то скупо и четко нам отмерял часы
Этой жизни короткой, как момент полосы….

Летите к фиалкам, где влага росистая
Сверкает призывно алмазами слез.
Я «мертвая роза», я лилия чистая,
Я нежусь в сияньи серебряных грез.

Я не желаю, брат мой, испытать
И даже матери убийцы твоего
Того, что испытала наша мать,
Похоронив любимца своего.

Сердцем он хотел всех вас принять,
Умереть за вас и за меня.
В дар, что свыше дан, он свято верил.
Вера — вот и вся его вина.

И мне, как мертвому листу,
Пора из жизненной долины

Жалкий след мой будет затоптан
Башмаками других бродяг.

Благословен Ты в городе, и благословен на поле!

Когда уходит близкий человек,
В душе остается пустота,
Которую ничем не залечить.

О, не кладите меня
В землю сырую:
Скройте, заройте меня
В траву густую!..
Пускай дыханье ветерка
Шевелит травою —
Свирель поет издалека,
Светло и тихо облака
Плывут надо мною…

Не нравился мне век!

Тьма дорог туда низводит
Ни одной оттуда нет;
И отшедший не приходит
Никогда опять на свет.

Что-то новое в пении птиц,
Значит, нам прошлое не вернуть назад!

Их разлучила жизнь, но смерть соединила.
Две чистые души теперь в одной могиле…

Перед твоею чистотой колени преклоню,
Любовь и боль, вину и скорбь слезами оболью.

Ты бы перед Ним
На колени встал,
Не стыдясь ни слов, ни слез.
Кто любил — тот и распял…

Как лилия, невинна и чиста —
Она звалась Невестою Христовой.
И встречи с ним ждала для жизни новой…

Каждый день приближает час «ч»,
В каждом праве сургуч да печать.
Я мечтал быть мишенью в луче,
Но не видел, за что умирать.

Но не уснуть и не вернуть
Жену и дочку…

Спаси меня и унеси меня,
И больше не давай смотреть мне вниз.

В гости к богу не бывает опозданий

Иль, полным благодатной силы
Цветку расцвесть в руке творца,
Чтобы скорбящих у могилы
Родные врачевать сердца?..

Любить — это так глупо:
Всё получилось не так, как хочется.
Лезут холодные,
Скользкие щупальца в мир одиночества.
Калечат и ранят, и сердце сжимают вежливой ложью,
Но мы же не станем холодными, скользкими тоже!

Прочти — слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет. Не думай, что здесь — могила
Что я появлюсь, грозя…
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!
И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились…
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!
Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед,-
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.
Но только не стой угрюмо.
Главу опустив на грудь,
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.
Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли…
И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

Что с нами будет через неделю —
Ведает только аллах.

Молча пройду я сквозь холод и тьму,
Радость и боль равнодушно приму.
В смерти иное прозрев бытие,
Смерти скажу я: «Где жало твое?»

Я свободен от любви,
От вражды и от молвы,
От предсказанной судьбы
И от земных оков,
От зла и от добра…

Смерть ужасна.
Но память ей неподвластна.
Помним, любим, скорбим.

Вот я лягу в прахи; завтра поищешь меня, и меня нить! Коль возлюблена селения Твоя, Господи!

Лучше мне умереть, нежели жить!

Не рыдай, что будущего нет.
Это — тоже в перечне примет
Места, именуемого Раем.

Благословен(на) ты и в смерти своей!

Не уходи! Побудь со мною…

Не спас от нищеты полет орлиных крыл,
Ни песней дар, ни сердца пламень!
Жестокие! У вас он хлеба лишь просил,
Вы дали — камень.