Эпитафия № 1274

Жизнь беспокойной у него была,
Ведь там, где войны, там его дела.

Тебя потрясает смерть, но ведь именно жизнь достойна удивления.

Во истину суета всяческая, житие же синь и соние: ибо всуе мятется всякъ земнородный ….. Христе Боже преставшагося раба Твоего упокой яко человеколюбец!

Под тенью миртов и акаций
В могиле скромной сей
Лежит прелестная подруга юных граций:
Ни плачущий Эрот, ни скорбный Гименей,
Ни прелесть майской розы,
Ни друга юного, ни двух младенцев слезы
Спасти Полину не могли!
Судьбы во цвете лет навеки обрекли
Ее из пламенных объятий
Супруга нежного, детей, сестер и братий
В объятья хладные земли…

А ты зовёшь мой дух покорный,
Как манит ночью корабли маяк.

Близок Господь ко всем призывающим Его! (CXLIV.18).

Вас на земле не будет больше никогда,
Но Вы нам дали жизнь, взрастили
И здесь оставили как Ваше продолжение.

Горем сердце мое,
Твоя смерть обожгла,
Что мне мир без тебя,
И мирские дела.

Он молод был… Сгубила рано
Его всесильная нужда…
Лицо его следы носило
Ночей бессонных и труда.

И сердце кровью облилось,
В последний раз затрепетало,
Вдруг дикий вопль… разорвалось,
И разом биться перестало,
И тихо все — все тихо стало.