Эпитафия № 3497

Целуем мы твои глаза,
Прильнем к любимому портрету.
А по щеке течет слеза,
Конца и края скорби нету…

Мой милый друг!
Как жаль, что мы расстались.
Ведь только вместе счастье обрели.
И ты ушел так безвозвратно,
Оставив боль, тоску моей души.

Возможно, никогда мы не вернёмся, но
Когда грозит беда, быть страха не должно.

Смерть открывает дорогу новому

И вспомнил обо мне Господь, — и вот
Душа во мне взметнулась, как зарница,
Все озарилось.

Здесь с ними спит и вековое горе,
Мой бедный брат, мой неотступный гость,
И ненависть с проклятием во взоре,
И ревности мучительная злость.

Пока земля не заставит нас спать,
Мы будем босиком танцевать по углям,
Но все же летать.

Прими меня, почившего в бозе…

Скорблю о тебе, брат мой; ты был очень дорог для меня; любовь твоя была для меня превыше любви женской. (2 кн. I.26).

Я не хочу бороться с прибоем
Глотая горько-солёные истины
Я хочу утонуть такою, как есть,
Со своими глупыми мыслями.