Эпитафия № 1316

Спрячь меня навеки,
темная вода…
Ты хочешь отдать все,
но этого – мало…
Тебе так хочется слез,
а их не осталось…

Ах, как хотелось быть любимым,
Ах, как хотелось быть желанным.

Но у жизни есть мрачные силы —
У кого не слабели шаги
Перед дверью тюрьмы и могилы?
Долговечность и слава — враги.

Смерть нанести не пожелала рану
Оружьем лет и преизбытком дней
Красе, что здесь почила, — дабы ей
Вернуться ввысь, не потерпев изъяну.

Остановило время бег
и боль всю душу сжала,
Ушел из жизни человек,
каких на свете мало.

Мы знаем: Смерть не слышит нас,
Не видит наших потрясений.
Но разве это в грустный час
Удержит нас от слез и пеней?
Ты говоришь: забудь! Но сам
Ты бледен, ты готов к слезам.

Человек, рожденный женою, краткодневен и пресыщен печалями!

Ослепленный мечтой,
Ты застыл на краю Земли!

Сердце не верит в утрату, словно ты ушел куда-то.

Под тенью миртов и акаций
В могиле скромной сей
Лежит прелестная подруга юных граций:
Ни плачущий Эрот, ни скорбный Гименей,
Ни прелесть майской розы,
Ни друга юного, ни двух младенцев слезы
Спасти Полину не могли!
Судьбы во цвете лет навеки обрекли
Ее из пламенных объятий
Супруга нежного, детей, сестер и братий
В объятья хладные земли…