Случайные эпитафии - Страница 41

Я пою о тропе наверх,
А сам ухожу вниз.

Дорогой, светозарною,
Ушла ты к небесам,
И память благодарную
Оставила ты нам.

То ли ты делаешь?

Если вы живете так, будто каждый день последний, когда-нибудь вы окажетесь правы.

Ушел… ушел в созвездие туманов Наш сын, наш внук, любимый человек Покинув этот мир, покинув слишком рано — За краткий миг судьбы, Ты прожил целый век…

Время придёт и мы снова откроем
Книгу на самой последней странице.
И эпилог станет новым прологом,
И мы уйдём, чтобы вновь повториться.

Откуда я — там смерти нет.

Свою любовь в последний раз
Улыбкой вновь благословил он…

Милый, ты можешь спокойно спать,
можешь выключить свет.
Ведь никого уже спасать
больше не нужно, нет…

Как трудно подобрать слова,
Чтоб ими нашу боль измерить.
Не можем в смерть твою поверить,
Ты с нами будешь навсегда.

Я смотрел в твои глаза.
Дарят свет они не мне —
Я остался в тишине,
Только в доме моём смех
До сих пор твой звенит.

Увы! Стремилась я лишь муку утишить,
Чтоб снова для любви и для тебя мне жить.
Но плакать над судьбой я больше не должна,
И ненависть твою излечит смерть одна.

Я был в гостях у принцессы Зари,
Я был царём — я сжигал и творил.
Чума! Война!
Для божьих пальцев я только струна.

И зло, и благо, — тайна гроба.
И тайна жизни — два пути —
Ведут к единой цели оба.
И все равно, куда идти.

И ангел мне закроет очи,
Слезой зажжет пустую грудь
И в вечный свет иль к вечной ночи
Душе укажет тайный путь…

О бездушный Дух времени!
Отныне нам не по пути…

Помедли, смерть! Пускай увижу
Я утра нового рассвет!

Господи! Прими дух мой с миром!

Любим, помним, скорбим

Сын/сыночек (имя), ангел наш!
Судьба нас наказала.
Тебя не стало возле нас,
Греть солнце перестало.

Но день придет — и стихнет клевета,
И вместо криков озлобленья,
В тот день великий возрожденья,
Услышит дух поборника Христа
Толпы людской благословенья!

Смерть открывает ворота в Вечность

Помедли, смерть! Не дай в могилу
Во мраке ночи мне сойти.
При блеске дня хочу я миру
Сказать последнее прости!

В труде усталости не знали,
И никогда не унывали.
Вы шли по жизни, всех любя.
Пусть будет пухом вам земля!

Дохнула жизнь в лицо могилой —
Мне страстной бурей не вздохнуть.
Одна мечта с упрямой силой
Последний открывает путь…

Был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен, и удалялся от зла!

Когда б я мог, расправив крылья,
Как голубь к радостям гнезда,
Умчаться в небо без усилья
Прочь, прочь от жизни — навсегда!

Край, где я скроюсь, отсюда невиден.

Он играл с огнем
И попался в сеть…

«Ты — маленький мальчик, я — девочка: мы
Дорогою будем шалить.
Надень же (ты — рыцарь) мой шарф кружевной!»
Я молча ей подал букет…
Молочной и ровной, холодной волной
Луна омывала паркет.

Нечеловеческая сила земное сбросила с земли

И не вернуть назад
Друзей, хоть на минуту.
В трезвучиях баллад
Теперь живут они.

Умершим мир! Они сгорели,
Им поцелуй спалил уста.
Так пусть и нас к такой же цели
Ведет безумная мечта!

Я видел сон, как в этот дом
Ты сердце принесла свое
И боль прошла, и умер страх в душе.

Ах, как хотелось быть любимым,
Ах, как хотелось быть желанным.

И ту семью любил он страстно
И для ее грядущих благ
Истратить был готов всечасно
Избыток юных сил в трудах.

Ты — вот, ты — юн, ты — молод,
Ты — муж… Тебя уж нет:
Ты — был: и канул в холод,
В немую бездну лет.

Я не верил, что я мёртв,
Я слышал брань и плачь.
Видел, как над телом там внизу,
Шаманил старый врач.

Вот прощанье замирает на губах —
Воля к жизни гонит
Смерти страх!

Любой из вас безумен —
В любви и на войне,
Но жизнь — не звук, чтоб обрывать…

И доживу хоть до ста,
Моя напасть,
Не налюбуюсь досыта,
Не нацелуюсь всласть.

Не плакал ли я о том, кто был в горе; не скорбела ли душа моя о бедных? (XXX.25).

Помощь моя от Господа, сотворившего небо и землю! (CXX.2).

Оставив мне лишь кубок яда,
Ушла ты рано в мир другой,
И нет возврата, — и не надо,
Когда лишь там, в гробу, покой.

Я на огромных качелях качаюсь —
Падаю вниз и в небо взлетаю.
Верю тебе безрассудно и слепо,
Не отпускай меня больше, Небо.

Пора. Устал я от земных забот.

За тех, кто завтра лучом зари
Вонзится золотом в медь.
Для тех, кто солнце молил: Гори!
Сегодня я буду петь.

Будь ты трижды гений,
Нам нельзя помочь…

Нет сильнее муки,
Чем детей терять…

Умру и я, и над могилою
Гори, сияй, моя звезда!;;