Эпитафия № 4024

Обычно на рассвете
Я прихожу, во сне,
Но все не так на этот раз…

Могилы и кресты хранят лишь прах.
Теперь ты – мысль/(дух), ты вечен.

Не брат предо мною — могила сырая,
Сокрывшая тленный остаток того,
С кем весело мчалася жизнь молодая,
Кто был мне на свете дороже всего.

Чем больше я живу — тем глубже тайна жизни,
Тем призрачнее мир, страшней себе я сам,
Тем больше я стремлюсь к покинутой отчизне,
К моим безмолвным небесам.

Уходя, вам скажу, что не все суета!

Холодно… пусто… выбор был жуткий…
Не видно итога пути. (скончанья, края пути)
Как же решился, ты — добрый и чуткий,
Так беспощадно уйти!

Себя, как плевел, вырвал тот,
Кого посеял дьявол.
Самоубийством от хлопот
Он господа избавил.

Узора былого не перечеркнуть!

Род правых благословится! (CXI.2).

И сердцу больно, и горю нет конца.