Эпитафия № 3444

Не может быть! не может быть!
Она жива!.. сейчас проснется…
Смотрите: хочет говорить,
Откроет глазки, улыбнется,
Меня увидит, обоймет
И, вдруг поняв, что плач мой значит,
Ласкаясь, нежно мне шепнет:
«Какой смешной! о чем он плачет!..»
Но нет!.. лежит… тиха, нема,
Недвижна…

Я погружаюсь в тотальную тщетность
С угасшей верой на дно океана

Узора былого не перечеркнуть!

Тайну, что хранил вековой гранит,
Помнят ковыли да калинов мост —
Все, чем был отмечен пустынный скит —
Верная молитва да строгий пост.

Никогда и никем не будет повторим (не повторима) в бесконечности времени.

Отче, в руки твои передаю дух мой!

Возьми меня с собой, пурпурная река,
Прочь унеси меня с собой, закат.
Тоска о том, что было, рвётся через край,
Под крики серых птичьих стай.

Мы все отдали бы, кусочек сердца своего,
Лишь вновь забилось бы твое.

Не нужны надписи для камня моего,
Скажите просто здесь: он был и нет его!

Моя отчаяная смелость
Могла бы вызвать восхищенье,
Но только я не знаю меры.