Эпитафия № 3403

Впишем в сердца воинов имена,
В память о них будем пить допьяна.
Бремя потерь годы лишь заглушат,
Бронза и медь образы сохранят.

Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.

Угомони вулкан, сделай так, чтоб твой образ погас.
Почему так нравится нам то, что разрушает нас?

Я здесь, как сердца стук и как полет мгновений,
Я — страх пред вечностью; но этот страх пройдет,
И ледяной огонь моих прикосновений
Лишь ложные черты и выжжет, и сотрет…

Умерла она в доброй старости, прожив жизнь полную, достойную, почетную

Он призвал её в небо,
И она вознеслась,
С непреклонною верой
В их духовную связь.

Глуше напев похорон.
Пули и плачут, и косят.
Новые тучи кровавых знамен —
Там, в отдаленье — проносят.

Свою любовь в последний раз
Улыбкой вновь благословил он…

Начало жизни, это — утро Мая,
Ее конец — отравленный родник.
Предсмертным бурям вечности внимая,
Дух человека в ужасе поник.

Я — голубь бумажный, застрявший в деревьях,
Истерзанный ветром, промокший от снега.
Я — вырванный из книги, смятый листок…