Эпитафия № 3135

Дорогие сосны не шумите,
Моего сыночка не будите.

Дни сочтены — утрат не перечесть…
Живая жизнь давно уж позади —
Передового нет — и я, как есть,
На роковой стою очереди…

Среди могил блуждают тени
Усопших дедов и отцов,
И на церковные ступени
Восходят тени мертвецов.

Нам/(мне) в бытии отказано навеки!

Но уходящая вдаль поволока
Их разлучила, так было бы проще.
И развела в разные стороны,
Чтобы свести чуточку позже.

Два солнца стынут — О, Господи, пощади!
Одно — на небе, другое — в моей груди!

Покойся, дитя дорогое,
Только в смерти желанный покой,
Только в смерти ресницы густые,
Не блеснут горячей слезой…

И смерть и жизнь — родные бездны;
Они подобны и равны,
Друг другу чужды и любезны,
Одна в другой отражены.

Кодекс чести со ним и поныне

Я всею доброю совестею жил пред Богом!