Эпитафия № 2334

Масштабом личности шагнул
За грани собственного века.

А я любил его. Меж мной
И им таинственной рукой
Любви завязан узел был.
Отец! о, я тебя любил.

Счастлив заснувший беспробудно
Младенец твой! Не спросит он,
Изнемогая в битве трудной,
Путем тернистым изъязвлен:
«Зачем на свет я был рожден?»

Пусть здесь не место, — улыбнись ты:
Ты — у могилы оптимиста!
Хоть есть получше в этом мире,
Я счастлив и в такой квартире!

Что искупит в этом мире
Эти две последних, медленных слезы?

Помнить красные дни
богатырских побед,
Знать, как с нечистью свет
борется.
На Великую брань
поднимать первоцвет,
Присягать Пресвятой
Троице!

Последняя свершилася борьба
И сам спаситель отпустил с любовью
Послушного и верного раба

Я стою и смотрю, как проносятся мимо
города, поезда, лица… все неуловимо.
Карусель вращается без меня.

Мертвым оставь покой,
Действуй, пока живой.

Обстоятельства разделяют нас,
Но принять это я не могу.