Эпитафия № 2278

Никто не смог тебя спасти,
Ушел (ушла) из жизни очень рано,
Но светлый образ твой родной
Мы будем помнить постоянно.

— Я нашла тебя,
Чтоб умереть в тебе и вновь родиться
Для дней иных и для иных высот.

И издав дикий крик, камнем брошусь вниз
Это моей жизни заключительный каприз…

Так в вечность смотрят —
Мирно и бесстрастно.
(Тихо, мягко и покойно.)
(эпитафия под фотографией покойного)

Я отпраздновал светлую смерть,
Прикоснувшись к руке восковой.
Остальное — бездонная твердь
Схоронила во мгле голубой.

Время забыть то, кем ты был,
Hо помнить, кем ты стал…

На перекрёстке солнечных дорог
Я видел утро и день.
Мои слова упали, как в песок — тень.
И мне казалось, будто я давно там,
Там, где прохлада и смех.

Жизнь беспокойной у него была,
Ведь там, где войны, там его дела.

Весь я соткан из огня,
Я лучистый факел дня,
В дымке утренней рожден,
К светлой смерти присужден.

Не усиливайся утешать меня! (XXII.4).