Эпитафия № 2150

И душа рванулась ввысь, злость и гнев отринув
К вечным солнечным морям, лунным берегам…

Мой путь будет в сотню раз длинней,
Но не виню ни черта, ни бога —
За все платить придется мне

Изгой — чужой на земле,
Как солнце в ночи по дороге домой.
Изгой от века в седле,
Со смертью за жизнь принял бой.

Последняя свершилася борьба
И сам спаситель отпустил с любовью
Послушного и верного раба

Твой уход — потеря
Для многих людей.
Клянемся: можешь верить
В верность друзей.

Она воздавала добром, а не злом во все дни жизни своей! (XXXI.12).

Смерть открывает дорогу новому

Да воздаст Господь за дело твое,
И да будет тебе полная награда от Господа Бога,
К которому ты пришел (пришла),
Чтобы успокоиться под Его крылами!

Но если всё же в одну из ночей,
Кто-то из тех, кто в огне, поманит петлёй,
Пой!
Пой до рассвета, до бурных лучей,
Пой, пока утро не вытянет душу из дыр
Этих мёртвых очей.

Последний долг наш — камень скорбный,
Чаша горести полна.
Нет больше радости на свете.
Осталась боль и скорбь одна.