Эпитафия № 1932

Есть много, что еще не поздно!

С папиросой в зубах он поднимался в атаку,
С папиросой в зубах он отходит ко сну.

Тебя я любил, мне тебя не забыть,
Тебя я и в вечности буду любить.

Тихо, без плача, зарыли
И удалились все прочь,
Только луна на могилу
Грустно смотрела всю ночь.

И взыщут творившие добро
Воскресение жизни.

Живи, молись — делами и словами,
И смерть встречай как лучшей жизни весть.

На дне души схоронена глубоко
Прошедших лет безумная любовь;
Она без слез уснула одиноко,
И тихо спит, и не проснется вновь.

Я на скале, в объятиях шторма
И я погибну, сделав этот шаг!

Я дни мои влачу, тоскуя
И в сердце образ твой храня,
Но об одном тебя прошу я:
Будь ангел смерти для меня.

Смерть живет своей жизнью.