Эпитафия № 1932

Чей Храм, чей предел, чей приход,
Никто никогда не поймет
Кому, и зачем я пою.

Я потеряла рассудок,
И тех, кто сказал бы: «Держись!».
Замела маршруты,
И пропала по каплям жизнь.

Я не встречу тебя никогда, и я знаю – так будет всегда.

На братских могилах не ставят крестов,
Но разве от этого легче?

Господи Иисусе Христе, на земле он имел

Печали и скорби, дай на небе отраду.

Забыв и радости земные,
И милосердия дела,
Ты, покидая нас впервые,
За сыном-отроком ушла.

О милое дитя мое родное,
О бедное, прости меня!

Трудно, трудно, брат, трехмерной тенью
В тесноте влачить свою судьбу!

Я вернусь к тебе дождём,
Утренней метелью за окном.
Серебро горстями брошу я к ногам твоим.
Я вернусь к тебе грозой,
Радугой воскресну над землей.
Погашу дыханьем ветра свет былой любви…

Отныне каждый отвечает сам:
Я — перед Богом, вы — перед людьми!