Но если всё же в одну из ночей, Кто-то из тех, кто в огне, поманит петлёй, Пой! Пой до рассвета, до бурных лучей, Пой, пока утро не вытянет душу из дыр Этих мёртвых очей.
Кая житейская сладость пребывает печали непричастна; кая ли слава стоить на земли непреложна; вся сини немошнийша вся соний прелестнийша: единим мгновением, и сия вся смерть приемлет. Но во свет Христа лица Твоего, и в наслаждении Тво ея красоты, его же избрал еси упокой, яко человиколюбеит!
