Эпитафия № 1168

Дорога к храму не спасет.
Нет высшей силы — только счет.
И место не найдет себе душа…

Я бегством от собственной тени спасаюсь.
Я все разрушаю, к чему прикасаюсь.
Я все разрушаю, и снова бегу.
И больше я так не могу…

К твоей безвременной могиле, наша тропа не зарастет.
Родной твой образ, образ милый, всегда сюда нас приведет.

Без родителей уже никого нет между нами и могилой

Гроб — колыбель… теперь и потом…
Было и будет, будет и было…

Жил один музыкант, он на скрипке играл
Был в нем редкий талант, что народ восхищал
И на сцене всегда умереть он мечтал
Когда смерть увидал — коду не доиграл.

Друг мой, я с тобой прощаюсь!
Да, настал уже тот час:
То, что крепче пут связало —
Разделяет теперь нас.
Не настанет уж тот вечер,
Где звонок иль письмецо.
Но вдруг вспомнишь ты под вечер
Мое милое лицо.
Вспомнишь ты звон струн гитары,
Легкий шелест, тишину.
А когда ты будешь старым —
Я домой к тебе приду.
Расскажу о том, что было,
Что лежит там, впереди.
А пока живи-ка, милый,
И меня не скоро жди!

Быть может, кто-то там среди светил
Их души воссоединил…

Хватит притворяться живым,
Когда все вокруг мертвы,
Когда все мертвы.

Хрустальный блеск
Капель дождя
На лицах тех,
Кто по крышам бредёт в никуда.