Ты хотел всегда во всём быть только первым. Ты хотел всех удивить. Ты хотел держать свой звук на голом нерве. Ты хотел не так, как все, здесь некого винить.
Так как собственной смерти отсрочить нельзя, Так как свыше указана смертным стезя, Так как вечные вещи не слепишь из воска, — То и плакать об этом не стоит, друзья!
В тот роковой и страшный миг, Наверное, ты крикнул — «МАМА…»! Ни зов твой, ни последний крик Услышать не могла, не знала… Прости сынок, что не сумела я отвести беду твою.
