Случайные эпитафии - Страница 18

Но у жизни есть мрачные силы —
У кого не слабели шаги
Перед дверью тюрьмы и могилы?
Долговечность и слава — враги.

Не убили — и за то спасибо!

Кто знает, может быть, жить — это значит умереть, а умереть — жить.

Убита в блеске красоты!
Да спит легко под вечной сенью,
Да сблизят вешние цветы
Над ней прозрачные листы
И кипарис овеет тенью.

Опустела без тебя Земля
А ты летишь… и тебе
Звезды дарят свою нежность.

Праведные дела не забываются!

Ты жила и жизнь любила.
Тебе и жить бы и цвести.
Но смерть коварная сразила.
Никто не смог тебя спасти

Предназначение человека — быть им!

Кометой вспыхнула над горизонтом жизни

Господи Иисусе Христе, в наших слезах прими его покаяние.

Летите к фиалкам, где влага росистая
Сверкает призывно алмазами слез.
Я «мертвая роза», я лилия чистая,
Я нежусь в сияньи серебряных грез.

Так тяжело, так горько мне и больно…
Так много мук в душе затаено,
Что мне сказать уж хочется давно
Всему, что жизнью мы зовем: «Довольно!»

Время придёт и мы снова откроем
Книгу на самой последней странице.
И эпилог станет новым прологом,
И мы уйдём, чтобы вновь повториться.

Время силы крадет,
Давит груз прожитых лет.
Зная, что его ждет,
Феникс стремится к земле.

И пусть благословят — знакомые листы,
Пусть плачут надо мной — друзья моей мечты;
О, только те, кто был мне дорог в дни былые, —
И пусть меня вовек не вспомнят остальные.

Узора былого не перечеркнуть!

Никогда и никем не будет повторим (не повторима) в бесконечности времени.

Он венчал свою жизнь и бессмертие,
Но не в храме, а в битвах, где борются зло и добро.
Дал узнать людям вкус милосердия…

Таков и мой, и твой удел.

Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мною.

Великое ничто не изменяет!

Весь этот мир в тебя вонзился
Летящей огненной стрелой.

Сохраните и приумножьте!

Господи! Я не довольно ль жила?

В вечности увенчанная она торжествует, как одержавшая победу непорочными подвигами!

В небе знаков для нас нет больше.
Облака примерзли ко льду.
Все маршруты ведут в замерших
Вечный холод и пустоту.

Тебя уж нет, а мы не верим,
В душе у нас ты навсегда,
И боль свою от той потери,
Мы не излечим никогда.

Господи Иесусе Христе, на земле он имел
Печали и скорби, дай на небе отраду…

И когда весенней вестницей
Вы пойдете в синий край,
Сам Господь по белой лестнице
Поведет вас в светлый рай.

Сколько троп и дорог
Для меня заплелись в одну.
Я иду по своей земле
К небу, которым живу.

И нашептывает мне,
И шушукает мне в ухо,
И хихикает старуха:
«Помереть — не померла,
Только время провела!»

Как трудно подобрать слова,
Чтоб ими нашу боль измерить.
Не можем в смерть твою поверить,
Ты с нами будешь навсегда.

Праведник, если и рановременно умрет, будет в покое! (IV.7).

Я Всадник Из Льда
Надо мной
Мерцает звезда,
Но весной
Лёд тает всегда,
Только я никогда!

Кая житейская сладость пребывает печали непричастна; кая ли слава стоить на земли непреложна; вся сини немошнийша вся соний прелестнийша: единим мгновением, и сия вся смерть приемлет. Но во свет Христа лица Твоего, и в наслаждении Тво ея красоты, его же избрал еси упокой, яко человиколюбеит!

Мольбы, молитвы, гимны просятся:
«Взгляни, помедли, подожди!»

Солнца уж нет, нет и дня неустанных стремлений,
Только закат будет долго чуть зримо гореть;
О, если б небо судило без тяжких томлений
Так же и мне, оглянувшись на жизнь, умереть!

Господь-твердыня моя, и крепость моя и избавитель мой!

Он так боялся оказаться вторым,
Но все время забывал, что такое быть первым.

Я и сам мечтал когда-то
Раскачать безумный этот мир,
Но умчалось все куда-то.
Все прошло, как с белых яблонь дым.

Лежал один я на песке долины;
Уступы скал теснилися кругом,
И солнце жгло их желтые вершины
И жгло меня — но спал я мертвым сном.

Пускай достойные, о Боже,
Узреют/увидят царствие твое!

Тогда расстанусь с этим миром,
А может быть, вернусь опять, —
И в новом теле с духом сирым
Пойду бесцельно трепетать:
Опять испытывать утраты, —
И озлобленья слезы лить
Над всем, что дорого и свято,
И всем, что хочется любить…

Будь мудр, — иного нет исхода.
Кто цепь последнюю расторг,
Тот знает, что в цепях свобода
И что в мучении — восторг.

Я умираю, не сделавши ничего, что эти люди злостно выдумали на меня! (XIII.43).

Засыпай под пенье дождя…

О, не кладите меня
В землю сырую:
Скройте, заройте меня
В траву густую!..
Пускай дыханье ветерка
Шевелит травою —
Свирель поет издалека,
Светло и тихо облака
Плывут надо мною…

Все, что будет, я забуду.
Это — сон чужой.

Учил ценить, а не оценивать,
На мелочь жизнь не разменять,
Любить людей и в бога веровать.
Ты многое сумел нам дать!
(Как много ты сумел нам дать!)

Начну с начала и выброшу вон
Все то, что стало золой.
Я вижу ветер отбивает поклон
Крестам над моей головой.