Эпитафия № 4237

Друг мой, я с тобой прощаюсь!
Да, настал уже тот час:
То, что крепче пут связало —
Разделяет теперь нас.
Не настанет уж тот вечер,
Где звонок иль письмецо.
Но вдруг вспомнишь ты под вечер
Мое милое лицо.
Вспомнишь ты звон струн гитары,
Легкий шелест, тишину.
А когда ты будешь старым —
Я домой к тебе приду.
Расскажу о том, что было,
Что лежит там, впереди.
А пока живи-ка, милый,
И меня не скоро жди!

Мы сожалеем, плачем и скорбим,
Что ты остался вечно молодым.

Жил (жила, жили) достойно, честно,
Скромно и без самозванства.

Грустно? Утри слезу.
Тихо? Лети в грозу.
Видим, как внизу
Стелется под нами…
Вековой, лес стеной…
А за ним рождаются рассветы.

Будет блажение!

Вдруг к нам вернется
Что-то из жизни вчерашней…

О, если б небо решило без тяжких сомнений
Так же и мне, оглянувшись на жизнь, умереть!

Господь даст благо, и земля наша даст плод свой! (LXXXIV.13).

Навеки помню и благодарю,
благословляя прожитые годы.

Ты бы перед Ним
На колени встал,
Не стыдясь ни слов, ни слез.
Кто любил — тот и распял…