Эпитафия № 4198

Не приходи тогда накинуть
Оков тяжелых на меня:
Мне будет жалко мир покинуть,
И робко небо встречу я…

Как раб жаждет тени, и как наемник ждет окончания работы своей: так я получил в удел месяцы суетные, и ночи грустные отчислены мне! (VII.2 и 3).

Видно, для меня прощаться
Час настал!
Чёрный ангел смерти
Долго ждал.

Льются с этих фотографий
Океаны биографий.
Жизнь в которых вся, до дна,
С нами переплетена.
Свет — и ничего другого.
Век — и никаких чудес.
Мы живых их обнимаем,
Любим их и пьем за них.
Только жаль, что понимаем
С опозданием на миг.

Труп над вырытой могилой
Плачем огласим!
Всё, что было другу мило,
Мы положим с ним…

…Красный цветок исторгает из себя
Ядовитые брызги безудержных чувств.
Страсть, тихая огненная страсть,
Как жгучая лава, как раскалённая стрела…

Свой прах он сбросил в прах, а душу, светлый ум,
Унес на небеса, заботясь о благом.

Спрячь меня навеки,
темная вода…
Ты хочешь отдать все,
но этого – мало…
Тебе так хочется слез,
а их не осталось…

Ночь прошла, а день приблизился!

Каждый из нас верен земле,
В каждом живет звезда, чтобы вспыхнуть в свой час.
Небо горит, мы танцуем в огне.
Остановите нас.