Эпитафия № 4174

Есть слова, что не скажешь и на ухо,
Разве только что прямо уж — в губы…
Милый, дверь затворила я наглухо…
Как с тобою мне страшно и любо!

Дыханье тьмы ближе и ближе.
Сиянье тьмы манит и ждет.
Дыханье тьмы — все, что ты слышишь
Уходишь ввысь в свободный полет!

Не найти нам слов описать наше горе,
Не найти в мире силы, чтоб тебя подняла,
Наших слов не вместить даже в море,
Как жестока судьба, что тебя отняла.

Праведники живут во веки; награда их в Господи и попечение о них у Вышнего!

Время забыть то, кем ты был,
Hо помнить, кем ты стал…

Мы рано тебя потеряли,
Разлука с тобой тяжела.
Но образ твой светлый и милый
Останется в нас навсегда.

И если мертвецы приют покинут свой
И к вечной жизни прах из тленья возродится,
Опять чело мое на грудь твою склонится:
Нет рая для меня, где нет тебя со мной!

…Голос слышен, вопль и горькое рыдание… плачет о детях своих и не хочет утешиться, …ибо их нет! (XXXI.15).

Жизнь — это работа, а отдых — брат смерти.

Летите к фиалкам, где влага росистая
Сверкает призывно алмазами слез.
Я «мертвая роза», я лилия чистая,
Я нежусь в сияньи серебряных грез.