Эпитафия № 4027

Слезы лила — да не выплакать,
Криком кричала — не выкричать.
Бродит в пустыне комнат,
Каждой кровинкой помнит.
«Господи, Господи, Господи,
Господи, сколько нас роспято!..»
—Так они плачут в сумерки,
Те, у которых умерли
Сыновья.

Ваши руки усталости не знали.
Ваши уста никогда не унывали.
Вы шли по жизни, труд любя.
Пусть будет пухом вам земля.

Как миг тоски — пред радостью беспечной,
Как черный грех — пред детской чистотой.
Нам не дано понять всю прелесть смерти,
Мы можем лишь предчувствовать ее…

На границе самоконтроля
прожитый вдох
Оставил выжженную степь.

Я схоронил навек былое,
И нет о будущем забот,
Земля взяла свое земное,
Она назад не отдает!..

Когда ста лет в двучасье ты лишился,
То вечности тебя бы люстр лишил;
— О нет, затем что за день век прожил,
Кто за день жизнь познал и в склеп спустился!

Умирая, мы тоскуем
О несозданных мирах.

Ах, война, что ж ты, подлая, сделала?!

Здесь, на вершине,
Рядом со мной
В небе кружат три белых орла:
Гордость им имя,
Дух и Покой,
А за ними ни Зла, ни Добра.

Когда-то смерть примирила Иисуса с человечеством.