Эпитафия № 3997

Ты так любил людей, родное небо,
Ты жить хотел, ты добрым был для всех.
И горько сознавать, что ты так мало прожил,
Ушел от нас, оставив нам печаль и слезы.

Это страшное слово «Вечность»
Не сможет нас сделать чужими.

Скажу я вам, старушка эта
Актрисой славною была!
Звездою сцен, мечтой поэтов,
Любовью зрителей слыла.
Бывало, после представленья
Ей от толпы проезда нет
И публика от восхищенья
Гремела «Браво!» ей во след.

Жил праведно и непрестижно.
Ушел… Сгорел скоропостижно.

Плутала всю ночь душа,
Да казнила себя к утру,
Что желаньями растеклась.
По глаза закопалась в грязь
От отчаянья, всем назло.

От бежбожья до Бога — мгновенье одно.
От нуля до итога лишь мгновенье дано.
Береги драгоценное это мгновенье.
Жизнь — ни мало, ни много — мгновенье одно.

Убита в блеске красоты!
Да спит легко под вечной сенью,
Да сблизят вешние цветы
Над ней прозрачные листы
И кипарис овеет тенью.

Отныне, парень, ты душе своей — изменник!

Подойдет и поглядит
Смерть — усердная садовница.
Скажет — «Бог вознаградит, —
Не бесплодная смоковница!»

Тем, кто видел маску смерти,
По-другому солнце светит,
Теперь ты один из них.