Эпитафия № 3989

Наконец счастлив

Все звёзды и океаны, и все звёзды и радуги
В горе и в радости всегда быть вдвоём
И умереть в один, взявшись за руки,
Не пожалев ни на миг ни о чём.

Ты устал от этих лиц,
От чужой, неискренней земли.
Боль тупая бьет в висок.
Дню мучений выпал срок…

Смерть не дала мне, погребя во мгле
Ту красоту, что здесь была моею,
Вернуть ее всем тем, кто скуден ею,
Чтоб прежним мне воскреснуть на земле.

Твоя дорога — в небо!

Подскажите, как её забыть…
Знаю, вместе не дано нам быть.
Мы чужие — мы огонь и лёд,
И меня здесь вряд ли кто поймёт.

Отдай мне снова жизнь, вернись!

Кто нам скажет рассказ этой смерти безмолвной?
Кто над тем, что грядет, приподнимет покров?
Кто представит нам тени, что скрыты, как волны,
В лабиринтной глуши многолюдных гробов?
Кто вольет нам надежду на то, что настанет,
С тем, что здесь, что вот тут, что блеснет и обманет?!

Умерли давно те, кого я любил,
И кем был я любим,
Что ж, прощайте!

Господь один водил его!