Эпитафия № 3887

Я не первый, не второй,
Кто был с веком поперек,
Кто любви живой водой
Удобрял песок.

Где-то есть острова утешения
И спасительный берег
Для того, кто умел верить.
Там рождаются новые звёзды
И в горах расцветает миндаль
Для того, кто умел ждать.

Пусть здесь не место, — улыбнись ты:
Ты — у могилы оптимиста!
Хоть есть получше в этом мире,
Я счастлив и в такой квартире!

О, сколько душ, тебя любивших,
О, сколько родственных сердец —
Сердец, твоею жизнью живших,
Твой ранний поразит конец!

Лежать и мне в земле сырой!
Напев унывный надо мной
В долине ветер разнесет…

Подскажите, как её забыть…
Знаю, вместе не дано нам быть.
Мы чужие — мы огонь и лёд,
И меня здесь вряд ли кто поймёт.

Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут!

Но время пришло, и нет больше желаний…

Жизнь — череда обманчивых надежд

Всё замерло. Такой ты был один,
Примерный муж, отец и сын,
И верный друг, что жил нас всех любя.
Как жаль что мир остался без тебя!