Эпитафия № 3756

Такой тихий Голос…
Изнутри и извне, наяву и во сне.
Он что-то плохое
Заглушает во мне…
И я закрываю глаза, выбирая из двух.
Пытаюсь понять
От меня что ты хочешь, Дух…

(Имя), мой друг, я готов ко всему, —
Только для битвы я был рождён.
Страх – это слабость и потому:
Кто испугался, – уже побеждён.

Кабы нам поднять глаза,
ну, хотя бы на минуту,
Да увидеть, как горит
у души душа.

Тайны смерти пребудут, не будет лишь нас,
Все пребудет, лишь труп наш, остывши, не дышит,
Поразительный слух, тонко созданный глаз
Не увидит, о нет, ничего не услышит.

Это страшное слово «Вечность»
Не сможет нас сделать чужими.

Смерть не в силах
Людей разлучить навек!
И захлопнуть за ними дверку…
Разве может уйти человек,
Если он остается в сердце!?

Есть ангел смерти; в грозный час
Последних мук и расставанья
Он крепко обнимает нас…

Вдруг, громкая, Запнулась ты и стихла,
И сон, как отзвук колокола смолк…

Ты, Господи, помощь моя, и в тени крыл Твоих я возрадуюсь! (LXII.8).

Умершим мир! И нас не минет
Последний, беспощадный час.