Последний звук струны моей, Как вестник смерти, пронесется И, может быть, в сердцах людей На тайный вздох их отзовется; И мир испуганный вздрогнет, И в тихий час залогом славы, В немой тоске, на гроб кровавый Слезу печали принесет.
Льются с этих фотографий Океаны биографий. Жизнь в которых вся, до дна, С нами переплетена. Свет — и ничего другого. Век — и никаких чудес. Мы живых их обнимаем, Любим их и пьем за них. Только жаль, что понимаем С опозданием на миг.
