Эпитафия № 3685

Плакал над гробом его/(ее) весь народ!

А он стоит перед глазами:
Живой, с улыбкой на устах…
Нет! Нет! Всегда он вместе с нами,
И будет жить у нас в сердцах!

Любимый образ твой
И материнская добродетель
Не угаснут в наших сердцах

Где нет ни ожиданий, ни страстей,
Ни горьких слез, ни славы, ни честей.
Где вспоминанье спит глубоким сном,
И сердце в тесном доме гробовом…

Несть, Господи, грехов и злодеяний
Превыше милосердья Твоего!
Рабу земли и суетных желаний
Прости грехи за горести его.
Завет любви хранил я в жизни свято:
Во дни тоски, наперекор уму,
Я не питал змею вражды на брата,
я всё простил, по слову Твоему.
Я, тишину познавший гробовую
Я, воспринявший скорби темноты,
Из недр земных земле благовествую
Глаголы Незакатной Красоты!

Когда могильная плита без сожаленья
Придавит робкую, изнеженную грудь,
Чтоб в сердце замерло последнее биенье,
Чтоб ножки резвые прервали скользкий путь

Любовь текла бесшумно хрустальной синевой.

Жизнь…. Это был удивительный сон!
* вместо слова «»удивительный»» можно использовать синонимы:
чудесный, чудный, волшебный, прекрасный…»

А было время — и сомненья
Свои другим он поверял,
Но тщетно… бедный не слыхал
От брата слова утешенья!

Выбор ясен – он теперь за мной,
Все сомнения за моей спиной.
Я изгой – пути мне нет туда,
Но даёт шанс беда!