Эпитафия № 3667

Жизнь и смерть – всего лишь два мгновенья.
Бесконечна только наша боль…

Словами не высказать, слезами не выплакать — Наше горе.
Ты всегда в наших сердцах.

Я отпраздновал светлую смерть,
Прикоснувшись к руке восковой.
Остальное — бездонная твердь
Схоронила во мгле голубой.

Увидел бы брата — и с ним не расстался;
Но небо высоко, а на небе он.

Движенье стало смыслом жизни,
Что дальше будет — все равно!

Тайны смерти пребудут, не будет лишь нас,
Все пребудет, лишь труп наш, остывши, не дышит,
Поразительный слух, тонко созданный глаз
Не увидит, о нет, ничего не услышит.

Закрываю уста и затворяю врата чувств мирской жизни благостно и смиренно, ибо верую свято и истово!

Успокоенные Думы,
Те, что прежде были страстью,
Возмущеньем и борьбой, —
Стали кротки и угрюмы,
Не стремятся больше к счастью,
Полны мертвой тишиной.

Ты смерти мстил
За тех, кто умер молодым.

Шагни обратно за край…
Тебе рано еще сгорать…