Эпитафия № 3667

И вот над свежею могилой
Нас дума тяжкая гнетет…
Ужели та же участь ждет
Все возникающие силы?

И нашептывает мне,
И шушукает мне в ухо,
И хихикает старуха:
«Помереть — не померла,
Только время провела!»

Могу сказать: за тридевять земель
От жизни захороненный во мгле
Предмет уже я неодушевленный.
Нет скорби о потерянной земле,
Нет страха перед смертью во Вселенной…

Только мало, кто из нас находит
В себе силы, чтобы мир покинуть…

Пусть головы моей рука твоя коснется
И ты сотрешь меня со списка бытия,
Но пред моим судом, покуда сердце бьется,
Мы силы равные, и торжествую я.

Спасибо, родной (родная), что ты был (была).
Низкий поклон тебе
И наша память.

Черных дней череда.
Солью слез мстит вода
Тем, кто жил кое-как.
Быть может, это горе нас соберет в кулак.

Память о тебе останется навсегда в наших сердцах.

Простосердечный сын свободы,
Для чувств он жизни не щадил;
И верные черты природы
Он часто списывать любил.
Он верил темным предсказаньям,
И талисманам, и любви,
И неестественным желаньям
Он отдал в жертву дни свои.
И в нем душа запас хранила
Блаженства, муки и страстей.
Он умер. Здесь его могила.
Он не был создан для людей.

Я жить хочу! — кричит он, дерзновенный.
Пускай обман! О, дайте мне обман!