Эпитафия № 3607

Вот этот прах, остатки бытия,
Где лика нет, где очи уж истлели, —
Урок тому, кого пленять умели,
В какой тюрьме жила душа моя.
Кто этот гроб слезами орошает,
Тот понапрасну верит, что вернет
Его слеза сухому древу плод:
Ведь по весне мертвец не воскресает.

От страха смерти я, — поверьте мне, — далек:
Страшнее жизни что мне приготовил рок?
Я душу получил на подержанье только
И возвращу ее, когда наступит срок.

От прошлых дней — лишь звон капели…

Две силы есть — две роковые силы,
Всю жизнь свою у них мы под рукой,
От колыбельных дней и до могилы, —
Одна есть Смерть, другая — Суд людской.

И мы летаем двое,
И утопаем
В бархатных волнах покоя…

Прости, сыночек, что не сберегли тебя.
И перед смертью все слова бессильны.
Но память о тебе в живых жива:
В сердцах родных, и в дочери, и в сыне…

Гнать кручину-печаль,
Нараспашку идти,
Да в молитве радеть,
Да собором судить, кому тяжело держать
Во славу нашей земли!

От бежбожья до Бога — мгновенье одно.
От нуля до итога лишь мгновенье дано.
Береги драгоценное это мгновенье.
Жизнь — ни мало, ни много — мгновенье одно.

Не надо слов.
Я на коленях пред тобой,
Ведь ты моя Богиня.

Спи, бедняк! Без сожаленья
Ты расстался с этим миром,
Что бросал в тебя каменья,
Оттого что на служенье
Лжи его, его кумирам
Ты себя не обрекал.