Эпитафия № 3457

Здесь с ними спит и вековое горе,
Мой бедный брат, мой неотступный гость,
И ненависть с проклятием во взоре,
И ревности мучительная злость.

Лопнула во мне терпенья жила —
Я со смертью перешел на ты.

В груди огонь, слеза в очах,
Давно без пищи этот пламень,
И слезы падают на камень.

Сменяют друг друга шторма и штили,
Безумствуют вихри космической пыли,
Меняется мир — и лишь я остаюсь неподвижной.

Это был случайный ожог
И земля ушла из-под ног.
Ты пепел, я пепел.

Прими, Господь, мою душу грешную!

Льются с этих фотографий
Океаны биографий.
Жизнь в которых вся, до дна,
С нами переплетена.
Свет — и ничего другого.
Век — и никаких чудес.
Мы живых их обнимаем,
Любим их и пьем за них.
Только жаль, что понимаем
С опозданием на миг.

Мы даже в смерти ищем смысла,
Хотя его и в жизни нет!

Сколько троп и дорог
Для меня заплелись в одну.
Я иду по своей земле
К небу, которым живу.

Надо мною тишина,
Небо полное дождя.
Дождь проходит сквозь меня,
Но боли больше нет.