Эпитафия № 3398

Сохрани мое фото на книжной полке,
Там я в старом пальто, с сигаретой во рту.
Через миг разорвусь на осколки
И наполню собой пустоту.

Я шёл прямо к цели, а воздух горел,
И капала с неба сталь.
Враги посылали мне тысячи стрел,
Но я нажимал на педаль.

Ты успокоишься, и восстанешь для получения жребия твоего в конце дней.

(Имя), мой друг, я готов ко всему, —
Только для битвы я был рождён.
Страх – это слабость и потому:
Кто испугался, – уже побеждён.

До срока и судьба, и жизнь — одно и то же.
Но час пробьет, и жизнь судьбою назовут.

Последний звук струны моей,
Как вестник смерти, пронесется
И, может быть, в сердцах людей
На тайный вздох их отзовется;
И мир испуганный вздрогнет,
И в тихий час залогом славы,
В немой тоске, на гроб кровавый
Слезу печали принесет.

Ночные странники
Поднимаются вверх.
Им подали знак,
Их ждут.

Сыны человеческие в тени крыл Твоих, Господи, покойны! (XXXV.8).

Вот и настал
Час испытания.
О, как я устал
От ожидания.

Идешь, на меня похожий,
Глаза устремляешь вниз.
Я их опускала — тоже.
Прохожий, остановись!
…Но только не стой угрюмо,
Глаза опустив на грудь.
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.