Эпитафия № 3372

Страшна могила мне; и ближние, друзья,
Мое грядущее, и молодость моя,
И обещания в груди сокрытой музы —
Все обольстительно скрепляет жизни узы,
И далеко ищу, как жребий мой ни строг,
Я жить и бедствовать услужливый предлог.

Как раб жаждет тени, и как наемник ждет окончания работы своей: так я получил в удел месяцы суетные, и ночи грустные отчислены мне! (VII.2 и 3).

Вспоминаю я годы иные.
Рядом ты и родных голоса.
А на очи, давно уж сухие,
Как искра, навернулась слеза.

Душа моя к Тебе, Боже, как жаждущая земля! (CXLII.6).

У меня осталось только одно неудовлетворенное любопытство: смерть.

Вот я был, и вот меня не стало,
И когда об этом вдруг узнаешь ты,
Тогда поймешь, кого ты потеряла.

Пройди свой путь!
Он ведь один и с него не свернуть,
Пусть не знаешь зачем, и не знаешь куда Ты идёшь.
Пройди свой путь!

Горе нежданное, горе не меряно,
Самое дорогое в жизни потеряно.
Жаль, что жизнь нельзя повторить,
Чтоб тебе ее подарить.

Время забыть то, кем ты был,
Hо помнить, кем ты стал…

Из плакун-травы вырезали кресты,
Вместо крох земли к сердцу клали асфальт.
По большой воде возвращались с войны,
Да по скорбным дням поминали солдат.