Эпитафия № 3371

Два солнца у меня на этом и прошлом свете,
Их вместе собой укроет горько сладкий дым.

Я хочу сберечь заповедный свет.
Я — хранитель свеч на границе тьмы
Свет ковал мой меч для своей войны.

Лишь изредка обряд печальный,
Свершая поминальный час,
Металла голос погребальный
В набат оплакивает нас.

Усопший брат! кто сон твой возмутил?

Не рыдай, что будущего нет.
Это — тоже в перечне примет
Места, именуемого Раем.

Я без него… умираю.

Смерть стоит того, чтобы жить

Не нравился мне век!

Он к ней, она к нему, влюбленные стремились.
Лишь здесь, сойдя во тьму, они соединились.

На небосводе вновь звезда погасла.
Груз-200 — горе наших дней.
И на земле покатой, словно каска,
Зовут и плачут имена детей.