Эпитафия № 2452

Тьма никогда не отступит,
Пока есть сомнения в наших сердцах —
Мы блуждаем впотьмах.

И того, кто умён, и того, кто красив,
Небо в землю упрячет, под корень скосив.
Горе нам! Мы истлеем без пользы, без цели.
Станем бывшими мы, бытия невкусив.

Ты ушел(ла) из жизни слишком рано, нашу боль не выразят слова.
Спи, родной(ая), ты наша боль и рана, но память о тебе всегда жива.

Милость Господня от века и до века к боящимся Его! (CII.15).

Ныне отпущаемые раба твоего/(рабы твоей) Владыко по глаголу твоему с миром.

Но я могу изменить ход событий,
Ведь это одна из моих же историй.
Можно бездонную пропасть залить
Ласковым, тёплым, тропическим морем.

Почивай же, дружок! Память вечная!
Не жива ль твоя бедная мать?
Или, может, зазноба сердечная
Будет таять, дружка поджидать?

Человек стремится в простоту
Через высоту.
Главные его учителя —
Небо и Земля.

При жизни я кому-то жизнью был,
И с той поры, как сделался я прахом,
Ревнивый друг ждет смерти, мучим страхом,
Чтоб кто-нибудь его не упредил.

Я все видел.
Я небу смотрел в глаза.