Эпитафия № 3336

Могилы и кресты хранят лишь прах.
Теперь ты – мысль/(дух), ты вечен.

Что б я смог осилить страх,
Что б смог песней выткать грусть
Вечной памяти в сердцах
И, быть может, я вернусь.

Сынок! Как больно расставаться, Не слышать слов, не видеть глаз, Но ты всегда в душе у нас…

Древние рощи веками молчат
В мире, крещённом огнём.

Отныне, парень, ты душе своей — изменник!

Мы будем вечно о тебе скорбить,
Страдать, молиться, верить и любить.

Когда уходит близкий человек,
В душе остается пустота,
Которую ничем не залечить.

Последний глоток перед выходом к роднику.
Кажется кто-то ищет нас где-то там вверху.

Кая житейская сладость пребывает печали непричастна; кая ли слава стоить на земли непреложна; вся сини немошнийша вся соний прелестнийша: единим мгновением, и сия вся смерть приемлет. Но во свет Христа лица Твоего, и в наслаждении Тво ея красоты, его же избрал еси упокой, яко человиколюбеит!

Как наивно бесстрашны мои новые белые крылья…