Эпитафия № 3062

Не поздний вихрь, не бурный ливень летний
Тебя сорвал с родимого сучка:
Был многих краше, многих долголетней,
И сам собою пал, как из венка!

Я умер, подчинившись естеству.
Но тыщи дум в моей душе вмещались.
Одна на них погасла — что за малость?!
Я в тысячах оставшихся живу.

Боль, только боль
До конца честна со мной.
Лишь она бывает сладкой,
Но все чаще злой.

Великая благодарность детей и внуков и тепло воспоминаний!

Помедли, смерть! Пускай увижу
Я утра нового рассвет!

Свет озарил мою больную душу

Дыханье тьмы ближе и ближе.
Сиянье тьмы манит и ждет.
Дыханье тьмы — все, что ты слышишь
Уходишь ввысь в свободный полет!

Всюду пепел и дым я не вижу уже ничего,
Лишь щемящие кадры того, что уже не вернётся.
И надо мною в небе парит не спеша
Белый гигантский шар, что когда-то был солнцем.

В этом есть что-то такое,
Чем взрывают мир.

Но если надо выбирать и выбор труден,
Мы выбираем деревянные костюмы…