Эпитафия № 2277

Лежал бы ты — читал бы я.

И ясно вижу я в те вещие мгновенья,
Что жизнь ответа ждет — и близится ответ,
Что есть — проклятье, боль, уныние, забвенье,
Разлука страшная, но смерти — нет…

Покойся, дитя дорогое,
Только в смерти желанный покой,
Только в смерти ресницы густые,
Не блеснут горячей слезой…

Прохожий! здесь лежит философ-человек,
Он проспал целый век,
Чтоб доказать, как прав был Соломон,
Сказав: «Всё суета! всё сон!».

И там у седьмой звезды
Ты стань снова молодым.

В хороводе ночей
Стыло пламя очей.

Я не сошел с ума, мир так стар и мал,
Что его делить нет больше смысла.
Нет, ты возьми себе, все, что на Земле.
Мне оставь простор небесной выси!

Я Всадник Из Льда
Надо мной
Мерцает звезда,
Но весной
Лёд тает всегда,
Только я никогда!

Дым — судьбы сложных,
Скомканных душ.

Живи, молись — делами и словами,
И смерть встречай как лучшей жизни весть.